Перемены неизбежны полностью

Короткое, но практичное письмо, характерное для Марианны, показалось Пенни, более чем приятным, значит, ее ждут и хотят видеть. Бессмысленно сидеть в унылых четырех стенах, лучше отправится и погостить в далеком, но приветливом месте. Отец будет отсутствовать, мать и Джулию возможно до следующего лета она не увидит, значит, терять ей нечего и праздник в кругу семьи не состоится.

Уже вечером во время ужина, когда мистер Эсмондхэйл пребывал в хорошем расположении духа, она сообщила, что приглашена к своей подруге Марианне. Отец воспринял эту новость двояко: с одной стороны ему хотелось, чтобы дочь была всегда дома и он, вернувшись неожиданно, мог застать ее в любое время; но с другой стороны — лишать девушку хоть каких-то радостей, тем более, что ее собственная мать не удосужилась ее взять в Лондон. В конце концов, он согласился и отпустил Пенелопу в далекий Ланкашир.

Марианна лично вышла встретить свою гостью, когда лакей учтиво открыл дверцу. Мисс Эсмондхэйл чувствовала себя некой птицей, которая порхает от одного гнезда к другому. На минутку она как завороженная обвела глазами вокруг, это было поистине красивое место. Миссис Саливер подошла к ней и по-сестрински обняла, не предавая значения, что они на виду у многих.

— Миссис Саливер, у вас такая красивая усадьба.

— Ба, я думала, что мы друзья и будем называть друг друга по именам.

— Ой, прости, дорогая Марианна, это наверное с непривычки.

— Что ж, прощаю на первый раз, но далее буду очень сердиться.

Они прошли в великолепный холл, затем в уютную гостиную. Служанка уже принесла чай и расставляла красивый тоненькие фарфоровые чашечки с расписными цветами и различные угощенья.

— Как путешествие? Надеюсь, ты себя прекрасно чувствуешь, мое королевство находится, прямо-таки, в стоячем болоте, отрезанном от большого мира.

— Нет, это как замок из сказок, мне почудилось, что вот-вот выпорхнет фея или пробежит принцесса с хрустальной туфелькой.

— Милое дитя, — улыбнулась Марианна.

— А как же поживают наши крошки?

— О, не беспокойся, ты очень скоро увидишь этих самых крошек, хотя судя по тому, как они топают, они похожи скорее на медвежат.

И в самом деле, спустя час спустилась няня, придерживая за ручки малыша Джозефа, неспешно ковыляющего по дому, за ней сразу вприпрыжку с красивой куклой бежала Дороти.

— Ох, здравствуйте мои милые, — Марианна не прятала свои чувства от посторонних, она любила показывать всю свою любовь. Джозеф проковылял несколько шагов и упал в горячие объятия своей любимой тетушки, а Дороти села подле нее и прижалась всем своим тельцем.

— Ну милая, — шутливо заметила Марианна, — пойди, поздоровайся с нашей мисс Эсмондхэйл, надеюсь ты ее еще помнишь?

— Мисс Эсмондхэйл! — девочка подбежала к Пенелопе и обняла ее. В ее маленькой головке отложилось хорошее воспоминание, о том, как эта девушка приносила ей различные сладости и угощала своим завтраком и ужином, а также постоянно была добра по отношению к детям. Возможно, Пенелопа и изменилась, но такая же разительная перемена произошла и с этим ребенком — она уже больше не была похожа на эфирное существо, на легкокрылого худенького эльфа, который был так слаб, что постоянно уставал от своего полупрозрачного тельца. Теперь у нее были румяные щечки и красивые глаза, полные жизни, она поправилась и немного подросла, с ее уст срывался веселый, беззаботный смех. Она порхала словно бабочка, ее темные кудри ниспадали до пояса, в своем платьице она была подобна полевому васильку, который радуется солнышку.

— Какая же ты стала, крошка Дороти! — не удержалась Пенелопа, с восторгом рассматривая ребенка.

— Да, мисс Эсмондхэйл, мне теперь уже намного лучше, я много гуляю с няней Пэк и Джозеф тоже, правда он еще не очень умеет ходить, но зато как ползает, няня его постоянно ловит, и Сильма и Токки.