Пенелопа постыдилась своих слов, но все эти предостережения Элен. Да кто такая эта Элен? Лицо, промелькнувшее в ее жизни, не долее пяти минут. Как Пенелопа могла так опростоволосится, поверив проходимке с Летмонда, о непорядочности Милен? А доктора? Девушка разозлилась на свою излишнюю доверчивость и глупость, толкнувшую ее спросить подобное у миссис Саливер.
Приближалось время послеобеденного чая, когда должен был появиться долгожданный визитер. Марианна все это время очень туманно намекала, что гость этот друг, но более расположенный, чем это заведено. Пенелопа поняла, что, скорее всего, этот человек питает некоторое расположение к хозяйке дома и будет за ней ухаживать. Понимание этого пробудило в ней любопытство, захотелось как-то повнимательнее его изучить.
Дорожный экипаж свернул с дороги на аллею дома, зазвенел колокольчик. Дамы уже давно находились в гостиной: Пенелопа читала Дороти сказки, а Марианна перепробовала различные занятия, пытаясь выяснить, что увлекает ее больше всего. Следуя моде, она в первую очередь выбрала шитье, вязание и макраме, но за неимением усидчивости, быстро отбросила все и принялась читать. Миссис Саливер с большей охотой бы сыграла, но это только могло усилить в госте интерес, который не следовало поддерживать. Напоследок, когда в холле уже раздался незнакомый мужской голос, она быстро бросила подруге:
— Сейчас ты познакомишься с Кузнечиком…
Пенелопа приподняла одну бровь, выражая легкое недоумение, но это только до того длилось, пока гость не вошел в гостиную. Мужчина с виду казался сверстником Марианны, ну может на несколько лет старше. У него была очень утонченная натура: ни грамма грубости, присущей многим мужчинам, проживающим в сельской местности. Голос мягок, очень приятные черты лица, хотя во всем этом сквозила затаенная комичность. А все потому, что он действительно был кузнечиком, даже его фамилия Грешоп[13] была явным тому подтверждением. А еще дополнял репертуар его образа очень высокий рост: он был чрезвычайно вытянут, жилист и худощав и вместе с этим так изящен. Походка была красивая, вот только отвесив дамам поклоны, он два раза согнул ноги в коленях, Марианна насмешливо подмигнула Пенни, которая и так прятала свое лицо от его взгляда, чтобы не выдать свою улыбку. С необычайным интересом ее заинтересовали картинки в тексте, которые еще десять минут назад были ей безразличны. Марианна и Пенелопа в свою очередь сделали изящный книксен, но тут же уселись по местам, миссис Саливер видимо уже давно освоила меры предосторожности по отношению к гостю, поэтому ее усмешка казалась располагающей, тогда как подруга могла только насмешливо скривить губы.
Подали чай на серебряном подносе, к которому прилагались сливки, печенье, варенье, булочки, пирожные, сыр, ветчина, сандвичи и еще парочку холодных закусок. Дороти принялась помогать разливать тетушке чай, будучи еще относительно маленькой девочкой, казалась очень ответственным ребенком — не пролила ни капли, передавая чашку лично гостю в руки. Доминик Грешоп простодушно похвалил малышку, которая сразу же направила все свое внимание на него. Они начали болтать обо всем и ни о чем одновременно: он повествовал о добрых крошечных феях и злых гномах, которые живут в сказочном лесу и люди не могут их обнаружить. Смешливая натура Пенелопы сейчас являлась ее врагом, будь она женщиной серьезной, смогла бы как должное воспринимать этот разговор, но охотница подмечать недостатки, с трудом сдерживала смех.
— Мистер Грешоп, — обратилась Марианна, отвлекая гостя от малышки и тем самым от мисс Эсмондхэйл, сидящей возле девочки (та с легкостью перевела дух), — вы приехали к нам из Лондона, это большая честь для моего дома принимать столь важного гостя, желанного не за одним светским столом, дамской гостиной или же просто в бальном зале. Я даже слегка удивлена, что вы предпочли уехать в разгар сезона и забраться в нашу сельскую глушь.
— О, миссис Саливер, вы же знаете, что мне уютней любых дворцов ваша непритязательная гостиная. Да разве это глушь, я вижу только место отдыха моей истерзанной души от всей пустоты великосветских приемов?
— Мне очень приятно, право же, слышать подобные восхваления моего дома.
Мистер Грешоп выразил глубочайшие соболезнования в связи с кончиной ее сестры, при этом отметила, какая же красивая девочка обитает отныне в этом доме, настолько она чиста душой и сообразительна умом, еще он надеется когда-нибудь увидеть малыша. Заприметив кабинетный рояль, искренне удивился, переспросил, кто учится музицировать. Узнав, что это инструмент приобретен для миссис Саливер, попросил сыграть: получив отказ, огорчился, но предложил немного развлечь дам.
