— А ты сообщи, что была в отъезде и потому ответить не смогла, потом спроси, стоит ли возобновлять ваше знакомство, затем подумай, какую пользу извлечешь… ладно, ладно, — Джулия отмахнулась от сестры, заметив порицающий взгляд карих глаз, — насколько тебе будет приятно общение с Сюзанной.
— Тогда я сейчас быстренько напишу ответ, — Пенелопа покончила с этим делом минут за десять, к чему чрезмерно удивила сестру, которая тратила около часу-двух.
— Мне бы так писать, — с досадой заметила последняя.
Не задавался ли читатель вопросом, почему Джулия не сокрушалась падением своей репутации? В этом ей помогло нежелание подлой Элисон открыть всю правду общественности. В целом, в этом плане сестрам Эсмондхэйл везло: Гембрилы в свете не появлялись, Майерсоны похоронили правду, выгораживая Руперта, за коим заметили увлеченность барышней. А все остальные сплетни сводились к смутным догадкам и тому, что баронет слишком строг и что он при всем своем богатстве и влиянии — самодур, который смотрит на всех с пьедестала своего величия. Про Элисон, при всей ее приятности и заигрыванию с обществом, опытные матроны уже давно сложили правильное суждение. Леди Файнел все же не отвергла сестру, хоть и злилась на племянницу. А Диана, оказавшись теперь наедине со своей гордостью, сообщила Эмме, что с сыном тогда похоронила все надежды на детей. Ее Фред был ангелом и Бог забрал его, а в Джулии она разочаровалась — дочери заодно с отцом.
В Беркшире сейчас только и разговоров было, что о свадьбе Софии Тренд и мистера Хьюба, дальнейшее обустройство молодой четы и незначительные мелочи: стоимость свадебного платья, приглашенные гости, перспективы Саманты….
Новое письмо Пенелопа получила спустя пять дней, Сюзанна сокрушалась, что написала не вовремя и оно не застало адресанта, а новый адрес ей был неизвестен, поэтому приглашение последовало еще настойчивее, ведь уже март, а с апреля по сентябрь у них очень мило, и что у них прекрасная конюшня, где множество породистых скакунов, а еще старшая дочь непременно хочет познакомиться с мисс Эсмондхэйл, так же как и мистер Джонсон.
— Скорее всего, в середине апреля я к ней отправлюсь, — заключила Пенелопа, макая перо в чернила, чтобы дать ответ.
Джулия дала свое согласие, заявив, что обязательно нужно пересмотреть все наряды, ведь нынешний сезон прошел в холодно-голубых и нежно-фиолетовых тонах и былая помпезность платье убывает.
— Тебе нужны новые платья, что-то такое легкое из муслина, светлое и с васильками.
Было решено послать за швеей.
— Ты думаешь, они столь взыскательные люди?
— Возможно нет, раз столицу они не посещают, но ты должна показать себя презентабельной леди, особенно перед миссис Джонсон. Хозяйки всегда немного кичатся перед гостьями, если у тех нет подобающих нарядов.
— Марианна не кичилась… — о миссис Саливер младшая сестра была наслышана.
— Ты же говорила, что она и так популярна в своем графстве, поэтому ей-то и незачем лезть из кожи вон.
Оставалась сообщить отцу, чего Пенелопа опасалась, но в первый же вечер подробно пересказала о письме, о подруге и о визите.
— Ты же недавно уже отлучалась, — негодовал мистер Эсмондхэйл, не желая ее отпускать, — а с кем же я буду беседовать в твое отсутствие?
— Я уеду ненадолго, — оправдалась дочь.
— Так не годится, — заключил он.
— Отец, — вмешалась Джулия, становясь в защиту сестры, — я думаю, что Пенелопе нужно отлучиться и погостить у подруги, и к тому же, больше месяца она все равно не пробудет, а если и так, я вполне могу ее заменить.
Отец как-то странно взглянул на младшую дочь, во взгляде его мелькнуло раскаяние, заговорил он спустя минуты три, да и то, как бы, размышляя:
— Хорошо, хорошо, милая, я и не думал, что тебя это может заинтересовать, крошка Пенни она же у меня с детства такая слушательница, а ты…
— И не сомневайся, я давно хотела… тебя об этом попросить.
Еще одна сцена сплочения семьи удачно проложила новую стежку, но сердце Дианы в очередной раз было жестоко разбито. Теперь она снова начала скорбеть об утрате сына, будто потеряла его только вчера, старая рана зияет, как и прежде.
