— И то правда. А чего ж тогда книга наша ценнее, там ж те же буквы?
— Да чо ты пристал? Я ж просто так сказал. Ну, подумалось мне так.
— Ладно-ладно, не сердись. Ты лучше на другое погляди. Парней-то нет совсем.
Арефей прошёлся взглядом по ученикам. И правда — девчонки одни.
— Странно, — задумчиво протянул он.
— Ну, у нас же тоже девки в полях мало работают, в основном за скотиной ухаживают. Может, у них как-то так же?
— А в аудитории-то на занятиях мы ж вместе все.
— Тогда не знаю.
Арефей посмотрел по сторонам.
— О, вон кто нам нужен!
Он кивнул на тропинку по которой шли две совсем мелкие девочки. И тут же рванул к ним. Перебежал за куст, прополз вдоль низкого заборчика, спрятался за деревом, из-за него перебежал за другое. Перед ним открылась просторная площадка. Девочек на неё была целая куча. Все маленькие, громкие. Они носились друг за другом скакали, визжали. Но тут что-то громок прозвенело. Девочки тут же бросились к зданию, стоявшему перед площадкой. И вскоре стало пусто и тихо.
— Так. Вон кусты прямо под окном, — сказал Арефей догнавшим его, наконец, братьям. — Туда!
Арефей только и услышал, как за спиной устало простонал Антир. Снова то ползком, то перебежками они добрались до тех самых кустов, залегли в них.
Братья тяжело дышали. Арефей заметил, что Антир хочет что-то сказать с жалобным лицом, и тут же высунулся из кустов, лишь бы его нытьё не слушать. Заодно огляделся.
— О, тут забор рядом. Можно будет через него уйти, чтобы опять через всю школу не бежать.
— Это хорошо, — без особой радости ответил Антир. — Тебе там слышно чего-нибудь?
— Ага. И видно даже. Вылезайте.
Тихонько зашуршав кустами, братья высунули головы. Через окно было видно аудиторию, маленьких учениц и красивую молодую учительницу, которая показывала на доске букву и рассказывала, как её правильно произносить.
— Повезло! — громко сказал Арефей и, перепугавшись, перешёл на шёпот: — Как раз читать учатся. Сейчас мы чего-нибудь поймём, да как потом…
Страшно затрещали ветки кустов. Арефей ничего не успел понять, но когда его впечатало в стену, тут же всё ощутил. Воздух вышибло из тела, заныли рёбра. Арефей попытался убежать, но не мог оторваться от стены, будто прилип. Глянув вниз, он едва не завопил. Ноги его висели над землёй. И правда прилип.
— А вы, оборванцы, совсем бестолковые.
Арефей резко обернулся на голос, хотя и так узнал его.
— Не понимаете, когда с вами по-хорошему.
Всё тот же мужчина в костюме, сияя рунами, держал руки вытянутыми перед собой да выставленными вперёд ладонями. Потом он резко опустил ладони, и так же резко Арефей и братья рухнули на землю, ушибив спины. И снова будто прилипли.
Из окна, через которое они подглядывали, высунулась учительница.
— Господин глава, что случилось? — Она округлила большие глаза, заметив Арефея и братьев на земле под окном.
— Ничего страшного. Всего лишь какая-то грязная челядь зачем-то решила к нам залезть.
— Ужас! Какой ужас! Какая наглость! Нужно срочно вызывать полицию!
— Уже вызвали. Не переживайте. Продолжайте заниматься с детьми.
Арефей попытался что-нибудь сказать, но даже рта раскрыть не мог. Так и лежал, слушая как вокруг поднимает шум, как доносятся отовсюду голоса, стуки и звуки шаги.
— Где эта полиция?! — прорычал мужчина. — У меня тут уже хаос! Как мне потом всё это успокаивать?!
Вдалеке послышался быстро приближающийся шум сирены.
— Ну, наконец-то! — раздражённо проговорил мужчина.
Полицейские спешно приближали к ним. Их было двое. Один поднял защитный экран на шлеме.
— Почему так долго?! — закричал мужчина.
— Простите, ваше благородие. — коротко ответил полицейский и указал рукой на троицу, прилипшую к земле. — Эти?
— А вы видите других оборванцев?! Конечно, эти! Живо, хватайте их и везите к боярину Лавимиру Копфу! Пусть сам с ними разбирается. Заодно посмотрит, кого воспитал в своём гадюшнике!
У Арефея внутри всё оборвалось, когда он услышал имя Лавимира Копфа. Имя главы школы челяди.
Господин глава школы стоял в центре своего просторного кабинета и что-то пил из большой кружки. Но как только господин учитель чуть ли не пинком затолкал в кабинет Арефея и братьев, он сразу же поставил её на стол. Арефей успел заметить ещё одного человека, раскинувшегося на диване в углу и широко улыбавшегося. Про него Арефей знал только, что он тоже учитель и преподаёт у заводских.
Всех троих выставили перед господином главой. Тот, возвышаясь над ними, в миг покраснел от злости и теперь сжигал их гневным взглядом. Господин учитель встал рядом, он, наоборот, был бледный и казался напуганным.
Арефей опустил голову так низко, как только мог. Смотрел на свои дырявые ботинки с размахрившимися шнурками да грязные штанины комбинезона. Братья громко сопели и тоже пялились в пол.
— Сволочи! Выродки! Твари! — орал господин глава. — Я даже не знаю, как вас ещё назвать! Всё слишком мягко для вас! Как вам даже в головы такое пришло?! В ваши тупые безмозглые головы!
Он ударил кулаком по столу, звякнула кружка. Арефей вздрогнул и ещё сильнее вжал голову в плечи.
