волос.
— Дело твое, — рявкнула Грант.
— Отвали, Грант! — крикнул в ответ я. — Думаешь, только тебе
страшно?
Грант уставилась на меня.
— Что если меня выселят за неуплату?
Мне не хотелось ругаться.
— Слушай, Грант, если хочешь, вперед. Но меня никто не возьмет на
работу в этом гребаном парике, поверь. И косметика не поможет. Мне
понадобится надеть ведро на голову, чтобы скрыть собственную
природу.
Джен встала и вышла, не говоря ни слова. Эд вышла на кухню сказать
Кети, что Джен ушла. Грант и я обменялись недобрым рукопожатием.
— Милая, — сказал я Терезе, — ты не против, чтобы мы с Эд и Грант
поискали Джен, а потом выпили по парочке пива?
Я знал, что она не в восторге от этой идеи. Но Кети была совсем не в
духе, так что пришлось согласиться.
**
Мы вчетвером уселись за столик одного из баров Вест-сайда. Народу
почти не было. Джен, Грант, Эдвин и я не переглядывались. Мы
пялились на пивные бутылки в поисках ответов.
— Мне снятся странные сны, — сказал я. — Вчера приснился кошмар.
Что-то гонится за мной к обрыву. Мне страшно от погони и я не знаю, чего ждать впереди. Поэтому решаю прыгнуть, чтобы никто меня не
догнал.
— И к чему это? — спросила Грант.
— Сама знаешь, — сказал я.
Грант пожала плечами.
— Я знаю такие сны. Но не знаю, к чему они снятся.
Я посмотрел на Эд. Она знала, о чем я говорю. Я был уверен.
— Я думаю о Рокко, — сказал я.
Джен вздохнула и кивнула. Она ковыряла этикетку пива на бутылке.
— Я понимаю, о чем ты.
Я кивнул.
— Я все думаю, может, это выход?
Эд отводила взгляд. Грант кивнул.
— Признаться, я и сама думаю об этом. Ты знаешь Джинни? Она
сменила пол и зовет себя Джимми.
Эдвин уставилась на Грант.
— Он просил называть в мужском роде, помнишь? Мы обещали.
Джен поставила бутылку на стол.
— Но я не такая. Джимми считал себя мужчиной с детства. Я не
мужчина.
Грант наклонилась к ней.
— А почему ты так думаешь? Мы же и не обычные женщины, верно?
Эдвин покачала головой.
— Я не знаю, кто я.
Я положил руку ей на плечо.
— Ты мой друг.
Эд заржала.
— Круто! Хватит, чтобы оплатить квартиру.
Я двинул ее по плечу.
— Отвали.
Грант пошел заказать еще выпивки на круг. Джен вышла в туалет. Я
наблюдал, как она открывает дверь женской кабинки. Женщины не
кричали, мужчины не вмешивались. Все было в порядке.
Эд ткнула меня в плечо.
— Ну прости!
— Сколько мы с тобой дружим, Эд? — спросил я. Она опустила глаза. —
Ты мне ничего не рассказываешь. Ты же знаешь, со мной можно
поделиться.
Эд пожала плечами.
— Мне стыдно.
— Стыдно что-то делать или просто стыдно?
Грант вернулась за столик с четырьмя бутылками пива. Джен тоже
вернулась. Эд терла глаза.
— Что такое? — спросила Грант.
Я посмотрел на Эд.
— Стыдиться нечего, — сказал я.
Эд кивнула.
— Ага.
— Это всех волнует, не только тебя, — напомнил я. — Если не друзьям, то кому рассказать?
Эд вздохнула.
— Я знаю, что нужно поговорить об этом.
— Мне кто-нибудь объяснит, в чем дело? — потребовала Грант.
Эд вздохнула.
— Начала колоть мужские гормоны. Мне их достает один парень.
— Боже мой, — сказал Грант. — Откуда ты все знаешь, Джесс?
Я пожал плечами.
— По голосу слышно. Немного изменился. Плюс, уж мне-то не знать. Я
тоже думаю.
Грант стучала по столу кулаком в такт музыке из автомата.
— Эд, мне нужен доктор. Скажи, как его зовут! Я еще ничего не решила, но мне нужно иметь варианты под рукой. Понимаешь?
Эд кивнула.
Я тоже стукнул по столу.
— Вот бы поговорить с Рокко. Кто знает, где он?
Все покачали головой.
— Что происходит после гормонов? Если перестанешь их принимать, снова станешь бучом? Где точка невозврата?
Грант грустно улыбалась.
— Я смотрела одно кино. Главный герой смертельно болен. Его
заморозили. В будущем, когда нашли вакцину, его разморозили и
вылечили. Вот только он никак не мог привыкнуть к тому, что вокруг
будущее. Не мог вписаться.
Я старался не плакать.
— Мы не смертельно больные.
Джен кивнула.
— Может, в будущем не будет таких, как мы. Может, мы пережиток
прошлого. — Джен говорила тише. — Сестра зовет в Орлеан. У них
молочная ферма. Но просит приезжать без друзей и подруг. Без Кети. Не
хотят, чтобы дети видели извращенцев. — Джен стукнула кулаком по
столу. — Мне сорок пять, а младшая сестра говорит со мной, как будто
она моя мать. Это неправильно. Нет в этом ничего правильного.
Я кивнул.
— Что ты будешь делать?
Она пожала плечами.
— Не знаю.
Джен обняла меня.
— Все считают, что я старый буч, всё знаю и всем могу давать советы.
Но мне самой так хочется прийти к кому-нибудь за советами. Вот бы буч
Ро была жива. Она бы сказала, что делать.
Я грустно улыбался.
— Может, и нет, Джен. Может, никто не знает, что делать.
Грант выпрямилась.
— Я куплю ящик пива и буду смотреть телек. Пойдете со мной?
Я покачал головой. Грант и Джен ушли. Эд надевала куртку.
— Эй, — окрикнул ее я. — Поговорим? Если ты молчишь сейчас, ты
скоро взорвешься. Мне это тоже нужно. Мне страшно, Эд.
Эд закусила губу и уставилась на пол.
— Помнишь, я тебе давала книгу?
Я испугался, что она проверяет меня. Книга — отличный подарок, но я ее
не читал.
— Дюбуа?
Эд кивнула.
— Я там обвела один абзац. Ношу его в портмоне. Прочитай. Я бы
лучше и сама не сказала.