Не успел я толком это обдумать, как уже пора вести детей в садик. Сайми ходит в школу сама. Я проверяю ее рюкзак, чтобы убедиться, что она сложила нужные книжки. Отвожу Сюльви и Хелми две остановки на трамвае. У Хелми как обычно в руке ее любимая плюшевая игрушка – господин Черепахен.
В дверях садика она обнаруживает, что черепахи нет.
– Папа. Где Черепахен?
– Разве он не у тебя?
– Нет, я его уронила в трамвае.
– Да черт же подери! Прости.
В тот же момент ребенок начинает реветь. Я знаю, что переживания по поводу утраты игрушки – это, как минимум, на день, хотя, скорее всего, на неделю. А может, и на всю жизнь. Конечно, всегда найдется что-нибудь, что испортит тебе жизнь. Почему бы таким триггером не стать милой плюшевой черепахе?
Я оставляю Сюльви в ее группе во дворе садика. Волоку орущую Хелми внутрь и описываю ситуацию воспитательнице. Она владеет профессиональным инструментарием, чтобы все уладить. Мои средства на этот случай – грубые ругательства, разговор на повышенных тонах, печеньки, «Щенячий патруль» и захлопнутая дверь перед носом у плачущего ребенка.
«Замотался с детьми, на совещание опоздаю» посылаю я сообщение своим коллегам в рабочую группу в ватсапе и на следующем трамвае отправляюсь на поиски черепахи. По расписанию рассчитываю, когда должен прийти на остановку «черепаший» вагон. Сажусь, как я надеюсь, в нужный и приступаю к поискам игрушки. Ее нигде нет. Выхожу и жду следующего трамвая. Вылезаю с пустыми руками и из него, а потом и из следующего. Наконец звоню трамвайному диспетчеру и попадаю на человека, который говорит, что нужный мне вагон уже ушел в депо в Коскела. Отправляюсь в депо и после объяснений проникаю внутрь. Приветливая уборщица показывает мне, где находится кабинет начальника. Тот встречает меня не очень радушно – я отрываю его от раннего ланча.
– Господин Черепахен остался в трамвае.
– Какой еще Черепахен?
– Ну, такое плюшевое животное, черепаха. Розовая.
– Почему розовая? Черепахи зеленые.
– Я не знаю. Наверное, это какая-то ироничная репрезентация гегемонии привычных представлений.
Юмор антрополога в сложившейся ситуации явно неуместен.
– Что-что?
– Ничего. Просто она розовая. Подозреваю, что черепаха могла только что приехать сюда на трамвае первого маршрута.
Мужчина неохотно встает и ведет меня в депо.
– Должно быть, вон тот трамвай.
Вдоль металлических решеток иду к вагону и там нахожу любимую игрушку моей дочери.
– Огромнейшее спасибо!
– Не за что.
В детском саду группа Хелми как раз заканчивает обедать и собирается на тихий час, когда я, запыхавшись, врываюсь в помещение. Дочка безмерно рада Черепахену и бежит к подругам показывать свою игрушку. Воспитательница мне нежно улыбается.
– Рабочий день ушел на охоту за черепахой.
– Это и есть любовь.
– Просто глупость.
– Что, в общем-то, одно и то же.
Надо всей историей можно было бы потом посмеяться, если бы это был какой-то выдающийся случай. На самом деле ситуация совершенно обычная. У меня творческая работа, и коллеги считают, что неорганизованность – свойство моей личности. Это не так. Я неэффективный работник из-за своей семейной ситуации.
Совещание уже закончилось. Звоню коллегам и говорю, что сегодня поработаю удаленно. Захожу в строительный магазин и покупаю дюбели и саморезы. Привинчиваю всю мебель в квартире к стенам. Теперь ее даже не украсть.
В полицейских сериалах сыщики жертвуют своей семейной жизнью ради работы. В моем случае все наоборот – работа страдает из-за домашних дел. За моими плечами нет поломанной жизни, от которой полицейский спасается в работе. У меня поломанное настоящее, которое заставляет меня каждой клеточкой тела заниматься домом.
Одно утешение – супруг принцессы Мадлен, бизнесмен, кажется, страдает от своей жизненной ситуации еще сильнее. Он полюбил красивую молодую женщину. А потом выяснилось, что отец этой женщины – король Швеции. И вот теперь на него свалилась публичность, о которой он вовсе не мечтал.
А мне судьба приготовила другой сюрприз – выяснилось, что у моей жены депрессия. Но конечный результат такой же – никакого покоя.
БЛОГ «ПЕРЕЗАГРУЗКА»
Не буду читать этот пост. Месячные начались, я опять не беременна. И теперь мне надо снова как-то уговорить Эсу сходить в клинику и отнести туда очередные две с половиной тысячи евро.
Теперь о пороках. Я не покупаю яблоки и «Виши», у меня свои недостатки. Это картофельные чипсы, самый жирный пломбир, шоколад, нашпигованный орехами, и прочее, от чего рекомендует воздерживаться Национальный институт здоровья и благополучия населения Финляндии.
Я злюсь на себя после очередной неудачи. Мое несчастное, отторгающее детей тело заслуживает всей ненависти, на которую я способна.
