— Ты же врач, — качает головой Лиам. — Я думал, в вас с первого курса вырабатывают рефлексы.
— Я дантист, — зло выплёвывает Хоран. Он скрещивает руки на груди и отворачивается от ребят, впиваясь пылающим взглядом в окно. Мимо проносятся силуэты раскидистых елей, тонущие в наступающих сумерках. Ночь приближается, тая в себе ещё больше опасностей. Оставляя всё меньше шансов на спасение.
— Как тебе удалось заметить эти детали в той суматохе? — тихо спрашивает Гарри. После всех прозвучавших криков его голос шелестит едва слышно, но ухо Луи близко. Он слышит.
— Не знаю. Я когда-то смотрел научное шоу, и информация зацепилась за подкорку. Сам не думал, что знаю такое, а когда увидел на колесе обозрения, как они падали и больше не поднимались, когда увидел хлещущую из ран кровь, на которую они не обращали внимания, будто лампочка в мозгу загорелась.
И как всегда, чувство глубокой гордости разливается теплом по телу Гарри, и Луи смущённо улыбается.
— Прекрати это.
— Что?
— Это. Ты знаешь, хватит быть гордой мамочкой, я не сделал ничего особенного, — тихо шепчет Томлинсон, и Гарри нежно целует, улыбаясь искренне и с любовью.
Рядом с Луи ему кажется, что несчастье обойдёт их стороной. Разве мир настолько несправедлив, чтобы разрушить то прекрасное, что есть между ними? Гарри верит, что нет.
— Думаю, нужно вернуться в мотель: взять зарядки для телефонов, документы, вещи, — говорит Пейн, потирая задумчиво переносицу. Найл фыркает в ответ, лезет в карман за сотовым. — Переждать ночь, в конце концов.
— Переждать ночь лучше в машине в лесу, чем в переполненном людьми хостеле, — бросает Найл. — Может, они и не зомби, но, знаешь, эта херня заразна, и я не горю желанием общаться с потенциальными монстрами, которые являются обычными людьми, а через секунду пытаются тебя сожрать.
Пока он печатает что-то в телефоне, ребята напряжённо обдумывают эти слова. Луи протягивает руку и ловко достаёт из кармана Лиама сотовый, не раздумывая, выключает его.
— Ты свой тоже, — кивает он Гарри, и тот поспешно выполняет, игнорируя значок непринятого вызова на дисплее. — На случай, если мы не сможем их подзарядить в ближайшее время.
Лиам включает фары, и Гарри холодит осознание сгустившейся тьмы. Подтягивая ноги к себе сильнее, он расширенными от ужаса глазами смотрит на дорогу впереди, и единственное, что не даёт впасть в отчаяние — она абсолютно пуста.
— Найл! — зовёт Луи. — Ты пишешь Одри?
Хоран кивает, не останавливаясь набирает длинное сообщение.
— Заканчивай быстрее. Мне нужен твой телефон, чтобы прошерстить интернет. Думаю, хоть какое-то объяснение случившемуся мы там найдём, и тогда уже можно будет что-то решить. И убавь яркость, — добавляет он. — Так дольше проработает.
— Я всё равно настаиваю, что мы должны остановиться где-то за городом. Возвращаться в центр глупо - больше людей, больше шансов снова оказаться в аду, вроде сегодняшнего.
— Спать в машине не вариант, — качает головой Гарри, боясь даже подумать о том, что они останутся среди леса без защиты стен и крепких дверей. — Так же опасно. Да и не удобно.
— Мы можем найти один из этих американских коттеджей на отшибе. Вряд ли в таком безумии кто-то приедет на сигнализацию. А людей в это время года там нет, как правило, — пожимает плечами Найл.
— Да ты просто ходячая угроза обществу, Найлер! — возмущается Лиам, и Гарри замечает, как он неодобрительно качает головой. — Криминальный элемент!
— Подай на меня в суд! — вновь взрывается Найл. — Уверен, ты легко выиграешь это дело и засадишь меня! Ах, нет! Подожди-ка! Мир сегодня наебнулся, и никому теперь нахер не нужна твоя блестящая адвокатская практика и безукоризненное знание законов!
Луи закатывает глаза в раздражении, но ничего не говорит, а Гарри не влезает в их ссору, боясь сделать её ещё более разрушительной. Он внимательно следит за подсвеченным экраном телефона и приборной панелью лицом любимого. Но прежде чем успевает спросить, что именно из увиденного в интернете заставляет зрачки Луи расширяться, а нижнюю губу предательски дрожать, тьму впереди прорезает прыгающий свет чужих фар. В салоне повисает напряжённое молчание, когда все четверо понимают — навстречу им по странной неестественной траектории движется автомобиль.
〄〄〄
Несмотря на грозные предупреждения Найла и тихие уговоры Гарри, Пейн сбавляет скорость, а потом и вовсе съезжает на обочину просёлочной дороги, усыпанной рытвинами. Свет приближается, всё так же перепрыгивая с ветки на ветку, танцуя во тьме ночи, будто балерина главную партию в Кармен: страстно, возвышенно, рождая красоту из движения.
Отстегнув ремень безопасности Луи мягко отстраняет встревоженные пальцы Гарри, что впиваются в ткань его грязной футболки. Сердце парня бьётся подобно набату, громко и зловеще, предостерегая от фатальной ошибки.
— Ты не выйдешь, — испуганно говорит Гарри, продолжая цепляться за одежду, стараясь удержать.