Руслана… Невозможно не заметить в ней фамильные черты, но сестра во всём аккуратнее. Светло-каштановые волны обнимают плечи в кофточке бежевого цвета – ткань наверняка на ощупь очень приятная. Руслана вообще вся выглядит приятной на ощупь. Она почти лежит на столике и перебирает пальцами нити браслетов.
Я перевожу взгляд на Артёма, ожидая увидеть кого-то вроде себя. Кого-то не в своей тарелке. Но Артём в порядке.
Он сразу чувствует меня и поднимает глаза.
– Привет!
Ну вот, теперь все трое смотрят в мою сторону. Я пытаюсь сделать вид, будто только пришла: машу рукой и направляюсь к прилавку.
Меню написано, кажется, вручную – чёрные буквы на белом плиточном фартуке прямо за стойкой. Небольшое. Прошу флэт уайт и уже хочу добавить про сырники, но в последний момент почему-то оборачиваюсь и, завидев на Русланиной тарелке надкусанный круассан с шоколадом, заказываю чизкейк Нью-Йорк. Как будто пытаюсь прикинуться другим человеком. Я вообще-то люблю именно сырники, и что в них такого?.. Но продавец уже достаёт с витрины бело-жёлтый треугольничек с листиком мяты.
Забираю поднос и подхожу к ребятам, но сесть всё ещё некуда, а руки теперь заняты. Сама себя поставила в дурацкое положение. Поворачиваюсь к ближайшему свободному столику, и тут Ромка изрекает:
– Давай ко мне на колени.
Не то чтобы это было не в его стиле.
– Ром, – предостерегает Руслана.
– Шучу.
Ромка поднимается со стула и приглашающе отодвигает его, себе же ловко разворачивает другой. Теперь ему придётся сидеть в проходе, что ничуть его не расстраивает.
– Это я, конечно, сглупила с выбором места, – извиняется Руслана. – Никогда с компанией сюда не ходила. Но кофе вкусный и десерты тоже. Вет, тебе как?
– О, мне без разницы, – тороплюсь с ответом. – Я же постоянно в кафе бываю. Сейчас так странно было себе что-то брать. Обычно открываешь сумку, загружаешь в неё чужой заказ – и вперёд.
– А можно так, чтобы мне еду только ты приносила?
– Ром.
– Да блин, всё не могу привыкнуть, что Ветка выглядит как девушка.
– Как парень, могу понять, – говорит Артём, но смотрит не на меня.
Он русый, а глаза очень тёмные, темнее Ромкиных карих. Зрачок от радужки не отличишь. Мне сложно определить, куда именно направлено его внимание, я угадываю это по ресницам. И, наверное, пялюсь прямо. У него безумно ровная кожа: ни волоска лишнего, ни родинки. Шея тонкая, ворот тёмно-синего джемпера сильно от неё отстаёт, и видно белую футболку. Спокойная внешность, чувство стиля. Артём – в хорошем смысле – инопланетянин.
Какое-то время я продолжаю наблюдать это космическое явление с дотошностью учёной. То, как он вытягивает руки и разминает длинные пальцы. То, как лёгкие прядки рассыпаются по обеим сторонам прямого пробора, когда он наклоняет голову… Движения сдержанные в противовес Ромкиным хаотичным.
Тот же дёргается постоянно. Вот и сейчас подаётся вперёд, будто ему вдруг стало невыносимо оставаться в прежнем положении, хотя секундой ранее ничто не предвещало.
Руслану будит этот порыв, она сверяется с часами.
– Давайте скидываться.
Мы достаём деньги и складываем их на столе: четыре тысячи.
– Сколько продлится игра? – осмысляю дороговизну впечатлений.
Руслана с Артёмом явно подготовились и быстро отвечают:
– Должны уложиться в час…
– …или проиграем.
– В кино дешевле было бы, – вздыхает Ромка, – а по времени больше.
Руслана качает головой.
– В кино и близко не так интересно, – возражает Артём.
– Да ну. Подруги, темнота, пугающий элемент. То же самое.
Мы делим обязанности: кто из нас берёт на себя страшного парня и осмотр помещений, а кто займётся самими головоломками. Ребята рассуждают, что налегать на задачки лучше не всем – иначе будем друг другу мешаться. Выясняется, что ни один не уверен в собственных логических способностях, но к близкому общению с актёром Руслана не готова. Я предчувствую, что окажусь с ней в лагере “зато сообразительных”, но это место быстро занимает Артём. А отвлекающие манёвры ложатся на меня и Ромку.
– Веточка, не хочешь? – заботливо спрашивает он.
– Нормально, – отвечаю, потягивая кофе.
– Если что, поближе держись. Я прикрою.
Светится и, похоже, действительно видит себя супергероем. До меня начинает доходить, что эту встречу Ромка считает чем-то вроде двойного свидания.
На здоровье, в общем-то… и понятно, почему своей целью он выбрал меня – из девушек я тут единственная, кто не его сестра. Мне не нравится только, что Артём с Русланой как будто тоже за такой расклад и беспокоятся только из-за Ромкиного прямодушного подхода. Разговаривают эти двое одинаковыми словами, даже заканчивают друг за друга предложения, а наши общие беседы вряд ли могли их так синхронизировать. Налицо до-олгая переписка.
Ясно.
Я меняю свой зелёный “В сети” на серый “Невидимый”, перестаю быть частью этой ситуации и утекаю мыслями в окно кофейни – на проспекты, по которым носятся на ногах, велосипедах, самокатах мои собратья, с которыми, как я теперь думаю, и следовало сегодня быть.
