Уверенно соглашаюсь на хард и ставлю кривую подпись. Кладу планшетку рядом и сижу в ожидании: что дальше? Ребятам требуется больше времени – не удивлюсь, если пишут ФИО целиком. Потом Артём уходит выпить воды, Ромка тоже выскальзывает в коридор, и додумывается до этого не сразу. Как долго минуты тянутся.
Когда мы всё-таки готовы, появляется тип в пальто. Теперь он выглядит каким-то нервным и потрёпанным, шарфа уже нет.
– Ну всё… – бормочет, – Он ждёт вас. Да… Идите. Вон туда, скорее.
Артёма парень почти заталкивает за занавеску, и тот утягивает Руслану с собой.
Ромка следует за ними и проваливается в тень.
Моя очередь.
Меня немного потряхивает, я чувствую только собственные ноги, и они завершают шаг.
The game crashed. The crash report folder named "2019-10-18_190058" next to game executable.
Кажется, я словила критический баг.
Уже целую вечность стою перед витриной и смотрю на мясные изделия. Это магазин старого типа, так что по обыкновению длинная вечерняя очередь огибает моё тело. Я слышу интонации возмущения, но слов разобрать не могу.
Почему меня так заклинило?
Запуск приложения
Новая игра
Загрузить игру
Показать все сохранения
Save#3
Autosave-2019-10-18-161921
Save#2
Save#1
Save#3
Загрузить эту игру?
Отмена ОК
The game crashed. The crash report folder named "2019-10-18_190112" next to game executable.
Хорошо, я поняла. Тогда как насчёт…
Autosave-2019-10-18-161921
Загрузить эту игру?
Отмена ОК
Нет, не сейчас и не здесь.
Я выхожу из магазина с пустыми руками. Скажу тёте, что не видела сообщение. Она, конечно, расстроится, потому что на улице ливень, и ей придётся мокнуть, а я-то и так уже мокрая…
Видок у меня кошмарный. Думаю, толстовку я выброшу, как и куртку, если не отстираются. Реально жаль, что ни отстирать, ни выбросить мозги скорее всего не получится. Но я не теряю надежды и шагаю без капюшона, чтобы вода стекала по горячей голове. Заболеть не боюсь, потому что уже не в порядке. Определённо нет.
Я как раз иду мимо полузакрытой аптеки. Женщина в пальто справляется профессионально: свет – off, сигналка – on, табличка на двери и дверь – closed. Подпрыгивает, чтобы ухватить рольставни, и тянет их вниз. Щелкает ещё один замок. Разве аптеки не должны работать круглосуточно или по меньшей мере допоздна? А если бы я всё-таки хотела заскочить?
Ну всё, хватит. Скипнем кат-сцену возвращения, потому что все её уже видели. Нажимаю пробел и оказываюсь в кровати с чашкой зелёного чая, бездумно листаю ленту новостей. Вот так просто.
Я, конечно, шучу так, заигрываю. Мне просто нравится думать подобным образом, это меня успокаивает.
Тётя сразу замечает, что я какая-то странная. Через раз отвечаю на её вопросы – просто не слышу их, честно. Обкусала все губы и уже добралась до ногтей. Разложила контрольные точки уходящего дня и перебираю их, пересматриваю.
В конце концов Тая понимает, что больная впала в кататонический ступор, и машет рукой:
– Что с вас взять, с творческих.
Когда остаюсь одна, я ложусь поудобнее и закрываю глаза, и это точь-в-точь темнота, с которой всё началось.
Не то чтобы я пугаюсь и вообще хоть немного против, но всё же спешу отстраниться, когда попадаюсь кому-то в темноте. Движение выходит само, рефлекторно.
В ответ невидимка обхватывает мои плечи – сказать по правде, это даже приятно, во всяком случае интересно – и легко уводит от остальных. Странно, но в кромешной тьме он передвигается удивительно быстро, заставляя спотыкаться на каждом шагу, и не сбавляет темп, пока не заключает меня в тесное пространство.
Откуда-то сверху звучит искажённый динамиком и потому ещё более потусторонний голос:
– Четверо юных, смелых друзей чувствуют себя в безопасности, когда находят этот охотничий дом. Им кажется забавной идея забраться в него и порыться в чужих вещах. Они не подозревают, что внутри кто-то есть, и этот кто-то
Играет музыка, которую мои уши привычно раскладывают на части: едва различимый dark ambient, атональные аккорды, редкое скрипичное тремоло. Готова спорить, есть низкие частоты, чтобы усилить беспокойство. И писк записанной мышки. Со звукарской точки зрения это просто прелесть.
Потом включается свет, и я вижу, что нахожусь в клетке внутри помещения с бетонными стенами. На всякий случай берусь за прутья и пробую подёргать дверь, но та не очень-то поддаётся: в получившуюся щель можно просунуть разве что палец – предел того, что позволяет висячий замок.
Под ногами болтается жестяная миска с водой – всё как для настоящей узницы, – а в полу рядом с ней чернеет жуткого вида сливное отверстие. Я сажусь на корточки и всматриваюсь в эту дыру. Внутри мерцают неяркие отблески, и на брелке болтается ключ!
