– Да, я думаю… Мы обнаружили еще одну жертву.
– Это женщина?
Эльга посмотрела на мониторы Арианы, выделившей из группы двух незнакомок блондинку и шатенку, и теперь, чтобы установить личность каждой из них, сравнивала их лица с профилями в «Фейсбуке».
– Да.
– Блондинка или шатенка?
– Простите, что?
– Блондинка или шатенка? Какой у нее цвет волос?
– Не понимаю, к чему вы клоните, но она шатенка. По крайней мере, насколько я могу судить.
– Одну нашла! – воскликнула Ариана.
На экране появилось несколько фотографий с лицом тридцатилетней шатенки. Одна из них представляла собой крупный план, на котором она свирепо и с вызовом смотрела в объектив.
– Посылаю вам фотографию и фамилию. Сообщите, она это или нет. Если да, то это еще раз подтверждает связь между всеми жертвами.
Как только пострадавшая уснула, Ламберу и его коллегам стало намного проще вытащить ее из тюрьмы. За Манженом Лабро решил послать катафлика.
За эвакуацией жертвы Фрэнк следил с особым вниманием. Затем эстафету переняла бригада из трех медиков неотложки, которые сразу накрыли ее изотермическим одеялом. Она страшно исхудала, ее лицо превратилось в сплошное месиво. Когда мимо них проносили этот ужас, полицейские, стоявшие в оцеплении вдоль всего пути к машине «скорой», отводили взгляд. Прямо в машине ей поставили капельницу.
Фрэнк и сам с трудом избавился от образа этой женщины, отрезанной от мира живых, который никак не желал уходить. Ему никак не удавалось представить, куда дальше двинется ее разум, оказавшийся в ловушке в глубинах собственного «я», не имея возможности видеть, осязать, чувствовать запахи или с кем-либо говорить. «Это ведь за гранью смерти», – подумал он.
В отсветах проблесковых маячков на мокром шоссе плясали красно-синие падающие звезды. С неба сеялся мелкий дождь. Безлунная ночь окутала три десятка полицейских, спасателей и медиков, делавших свое дело. Настоящий оркестр, в котором каждому отводилась определенная роль, чтобы спасать жизни и останавливать преступников. Все действия совершались рефлекторно, разум пытался спрятаться от вида жертвы с невыносимо обезображенным телом.
Свою задачу Фрэнк выполнил и теперь превратился лишь в пристрастного зрителя. Гипнотический танец светлячков будто сбил накопившееся в его душе давление и оставил одну лишь усталость. Плечи комиссара поникли, всего на пару миллиметров, не заметных со стороны. Фрэнк увидел Лоране, которая выпрыгнула из «мистери-машины» и побежала к нему, сжимая в правой руке телефон.
– Мы ее установили?
– Как это? Так быстро?
– Это прислала Эльга. Взгляни на фотографию.
Лоране протянула ему телефон. С большого экрана смартфона на него смотрел снимок тридцатилетней женщины в строгом дамском костюме от известного кутюрье. Ее облик дополняли чуть тесноватая блузка и плотоядное выражение лица. Поза выдавала в ней, с одной стороны, бизнес-леди, с другой – любительницу садомазо, обожающую истязать других. «Любопытный портрет», – подумал Фрэнк и внимательнее вгляделся в лицо. Ни зияющих отверстий вместо глаз, ни мешанины воспаленной плоти на месте носа, все было на своих местах. Она отличалась какой-то ледяной красотой. В глазах, в линиях подбородка, в чертах лица чувствовалась жажда доминировать и обольщать. Снимок был сделан не мимолетом, такого рода фотографии можно увидеть над фамилией главы предприятия в рубрике «Кто мы». Портрет, призванный иллюстрировать ее персону, как сказал бы сейчас Карл Дюкре.
– Это она? – спросил Фрэнк.
– Думаю, да, почти все значимые черты лица совпадают.
Фрэнк поразился, что не смог сразу узнать человека по фотографии. Слишком уж масштабным оказался ущерб, нанесенный лицу жертвы. В его представлении их было два – одно «до», второе «после». Фрэнк почувствовал, что у него заурчало в животе.
– Ты хочешь сказать, то, что от них осталось?
Лоране нахмурила брови. Эта слабость, внезапно накатившая на Фрэнка, ей не понравилась, что он не преминул тут же заметить. Они знали друг друга не хуже пожилой семейной четы, прожившей вместе долгие годы. Комиссар попытался вернуть контроль над ситуацией.
– Прости, я что-то устал.
Лоране сделала вид, что эта неудачная фраза вместе с его извинениями прошла мимо ее ушей.
– Думаю, это она.
– А я тебе говорил – на Эльгу можно положиться.
– Может, не будем об этом прямо сейчас?
– Как ее зовут?
– Тифен Багдатис.
– Ее досье у тебя есть?
– Нет, пока только эта фотография, имя и фамилия.
Фрэнк отвернулся, не в состоянии сосредоточить внимание. Ему обязательно надо было вдохнуть полной грудью и убраться как можно дальше от этого проклятого места.
– Мне надо перевести дух.
– Переведешь в машине. Я оставлю здесь Танги, пусть поработает на месте преступления. Мы же возвращаемся на набережную Орфевр, здесь от нас проку больше никакого.
– Прошу тебя, дай мне пару минут.
– Что это ты так впечатлился?
Фрэнка ее замечание задело за живое:
– Тебе и правда интересно это знать?
– Конечно интересно. Таких дел мы с тобой расследовали не одну сотню.
