С утра Максим первым делом выглянул в окно – не сидит ли Юля в баре? Она и правда была там, строчила что-то в блокноте. Когда он спустился, обрадовалась так, будто не видела его сто лет, сама побежала за кофе, показала, что уже сделала задание и он может просто списать. На занятиях оглядывалась на него, что-то спрашивала потихоньку, вечером пригласила пройтись вдвоем до аптеки – ей нужен пластырь и спрей от комаров. В пятницу все повторилось – бар поутру, уроки, вечерняя прогулка, – а в субботу наступил их выходной, без заданий и уроков, зато с обещанной вечеринкой в семь часов.
Чтобы не тратить впустую половину дня, они договорились сходить в музей, потом в сады Боболи. Юля заразила всех идеей рассмотреть как следует галерею моды – итальянская живопись, мадонны и херувимы, ее не особо интересовала. Галерея находилась при Палаццо Питти, там выставляли костюмы – исторические и коллекционные современные, – разные мелочи вроде заколок и шляп. Маргарита сосредоточенно ходила между витринами, читала пояснения к экспонатам; Вика фотографировала особенно приметные платья. Юлю больше всего интересовали аксессуары: дорожный косметический набор тридцатых годов, флаконы от духов, винтажное ожерелье «Шанель» в яркой подсветке. Максим видел, как она остановилась перед стопкой старинных чемоданов, задумалась, притопывая ногой.
– Прикидываешь, как бы тебе пригодились? – спросил он ее, и Юля буркнула хмуро:
– Нет, представляю: сижу в голубой «Испано-Сюизе», шарф по ветру, как у Айседоры Дункан. И чемоданы на заднем сиденье.
Картина, как живая, встала у него перед глазами, песня про «Испано-Сюизу» завертелась в голове. Когда они вышли во дворик, начали обмениваться впечатлениями, Юля вдруг запела, подхватив его мысли: «Ах, сегодня весна Боттичелли…» Максим, словно прозревая, увидел вокруг мягкие зеленые краски, серо-белые скульптуры на известняковых постаментах и пошел покупать всем билеты в сады Боболи.
Там они получили весну по полной программе: ароматное цветение, упоительный солнечный свет. У фонтана с Нептуном Юля попросила проходящего туриста сфотографировать группу вместе, заставила Максима встать по центру и обхватить их троих руками. Она оказалась с краю, он обнимал спортсменку с Маргаритой. Юля показала им огороженный решеткой грот, где вырастали из сталактитов человеческие фигуры, а потолок был расписной, как во дворце, посмеялась над скульптурой толстого голого карлика верхом на черепахе.
Маргарита, рассерженная ее легкомысленной программой, сказала, что хочет все-таки посмотреть на картины в главном здании Палаццо, позвала Вику за собой, а Максим с Юлей пошли дальше по саду. Гравий хрустел у них под ногами, Юля специально вдавливала в него подошвы, чтобы оставались следы. Она была все в том же изумрудном свитере, уже изрядно растянутом, но кеды сменила на футуристические кроссовки, купив их ни с того ни с сего в дорогущем бутике, мимо которого они проходили по пути в музей.
Оказавшись в аллее из разросшихся кипарисов, полной густых теней, они словно попали в сказку: из-за ветвей выглядывали белые мраморные лица, мелькала то протянутая к ним округлая рука, то край короткого пеплума. Юля продолжала напевать про царицу экрана и моды, надменно-печальные платья, голубую «Испано-Сюизу», и Максим дивился: откуда она знает Вертинского, да еще и не самую известную его песню?
Под арками из приземистых дубов с черными гнутыми стволами он впервые ее поцеловал, никак не мог выпустить из рук, не хотел останавливаться. Юля не сопротивлялась, но и отвечать не спешила, поддавалась как будто нехотя, чем только сильней его раззадоривала. Он попытался приподнять на ней свитер, уже почувствовал горячую кожу на пояснице, но она тут же вывернулась, молча ушла вперед. В садике, где росли в кадках лимонные деревья, сорвала листок и растерла в пальцах, дала ему понюхать тонкий свежий аромат. Острее него Максим ощущал ее собственный запах – духи, шампунь, сигареты, – и голова у него шла кругом.
– Хочешь, завтра куда-нибудь поедем? – предложил он, мечтая украсть ее, укрепиться в своем положении. – Возьмем машину, прокатимся. Такая красота, а мы в городе сидим!
– В Монтекатини! – воскликнула Юля. – Там фуникулер идет на гору, а сверху каменная деревенька, настоящее средневековье. Я была пару раз, удивительное место.
– Ну вот, я тебя отвезу. Согласна?
– Меня? А девчонки?
– Я хотел с тобой вдвоем.
– Да ну, неудобно. Как мы им объясним?
– Никак, уедем, и все. Кто они тебе – родные, что ли?
– Не родные, конечно, – протянула Юля, – но все равно…
– Поедем-поедем, – решил за двоих Максим, – возражения не принимаются.
– Ладно, давай. Только пораньше, чтобы на самом рассвете. Ты согласен?
