настоятель поклонился в знак согласия. Между тем граф
Марч, в обычном по тому времени кафтане для верховой
езды и с кинжалом у пояса, вошел в приемный зал. Пажа,
несшего за ним его меч, он оставил в прихожей. Граф был
красивый, статный мужчина, белолицый, с густою светлой
бородой и волосами и голубыми глазами, сверкавшими как
у сокола. Его лицо было бы приятным, когда бы не отра-
жало в своих чертах раздражительность и горячность нра-
ва, которым феодальный властитель в сознании своего
могущества слишком часто давал волю.
– Рад вас видеть, лорд Марч, – сказал король, сделав
изящный поклон. – Вы давно не показывались на нашем
совете.
– Государь, – ответил Марч, почтительно склонившись
перед королем и кивнув высокомерно и холодно герцогу
Олбени, – если я не присутствовал на совете вашей мило-
сти, то лишь потому, что место мое заняли более угодные
вам и, бесспорно, более разумные советники. Теперь же я
явился только сообщить вашему высочеству, что вести с
английской границы ставят меня перед безотлагательной
необходимостью возвратиться в свои поместья. Подле ва-
шей милости остается мудрый политик – милорд Олбени,
ваш брат, с ним вы можете советоваться, а также могуще-
ственный и воинственный граф Дуглас, который будет
приводить ваши решения в действие. Я же могу быть по-
лезен только на моих собственных землях, а потому, с со-
изволения вашего величества, я намерен немедленно туда
вернуться, чтобы исполнить свою обязанность стража
восточных рубежей.
– Вы не поступите с нами так нелюбезно, кузен, – воз-
разил государь. – Ветер несет дурные вести. Злополучные
горные кланы опять готовятся к мятежу, и даже спокой-
ствие нашего собственного двора требует присутствия
мудрейших наших советников, чтобы обсудить необхо-
димые меры, и наших баронов – чтобы выполнить то, что
мы постановим. Неужели потомок Томаса Рэндолфа по-
кинет в час нужды правнука Роберта Брюса?*
– Я оставляю при нем потомка многославного Джеймса
Дугласа, – ответил Марч. – Сей лорд похваляется, что, как
только он вденет ногу в стремя, вслед за ним седлают коней
не менее тысячи его телохранителей, и, полагаю, монахи
Абербротока клятвенно это подтвердят 33 . Несомненно,
Дугласу и его рыцарям будет легче обуздать бесчинную
ватагу диких горцев, нежели мне дать отпор английским
33 Сетования монахов Абербротока по поводу слишком высокой чести, какую
оказал им граф Дуглас, явившись к ним погостить со свитой в тысячу человек, вошли в
поговорку и неизменно поминались всякий раз в последующие времена, когда шот-
ландские церковники корили знать, ущемлявшую церковь по давнему своему неодоли-
мому тяготению к ее богатствам.
лучникам и силам могущественного Генри Хотспера*. К
тому же при вас его светлость герцог Олбени, который так
ревниво охраняет ваше величество, что поспешил призвать
к оружию бранданов, едва только я, ваш покорный под-
данный, приблизился ко двору с жалкой горсточкой всад-
ников, свитой, какую привел бы за собой самый ничтож-
ный из мелких баронов, владелец какой-нибудь башни и
тысячи акров пустоши. Если к такой предосторожности
прибегают там, где нет и тени опасности, – ибо с моей
стороны никто, надеюсь, ее не ждет, – то особу короля,
конечно, не оставят без защиты пред лицом действитель-
ной угрозы.
– Милорд Марч, – сказал герцог Олбени, – ничтожные
бароны, упомянутые вами, вооружают слуг даже тогда,
когда принимают самых дорогих и близких друзей за же-
лезными воротами своих замков, и, если будет на то воля
пречистой, я не меньше стану заботиться об особе короля,
чем те – о своей собственной особе. Бранданы – непо-
средственные стражи короля и слуги его дома; и если их
сто человек, разве это большая охрана для его величества,
когда вы сами, милорд, как и граф Дуглас, часто выезжаете
в сопровождении свиты вдесятеро большей?
– Милорд герцог, – возразил Марч, – когда требует того
служба королю, я мог бы разъезжать с отрядом всадников и
вдесятеро большим, чем указала ваша светлость, но я ни-
когда не делал этого с предательским намерением захва-
тить короля врасплох или ради бахвальства – чтобы поч-
ваниться перед другими лордами.
– Брат Роберт, – сказал король, стремясь, как всегда,
примирить враждующих, – ты неправ, выражая недоверие
милорду Марчу. А вы, кузен Марч, даете ложное истол-
кование осторожности моего брата. Но будет вам, пре-
кратите спор – я слышу музыку и пение, и, кажется, до-
вольно приятные. Вы знаете толк в Веселой Науке, милорд
Марч, и любите ее – подойдите к тому окну, станьте рядом
с благочестивым настоятелем, и, так как ему мы не можем
задавать вопросы касательно светских утех, вы нам ска-
жете, впрямь ли стоит послушать эту музыку и стихи.
Мелодия как будто французская… Мой брат Олбени ни-
чего не смыслит в таких вещах… так уж я положусь на ваш
суд, кузен, – сообщите нам, заслуживает ли награды бедная
