Элойн закрывает глаза и глубоко дышит, вбирая в себя не столько воздух, сколько миг единения с певцами, танцорами и музыкантами.
Элойн невольно издает низкий протяжный звук, и дело не в том, что ей не терпится присоединиться к веселью – мелодия рождается из памяти поколений. Ее ноги мерно переступают по устилающему пол толстому ковру, заглушающему топот каблучков.
А музыка все звенит.
Из круга танцующих вырывается молоденькая девушка, бросается к Элойн и нежно берет ее за руки.
– Сестра… – вздыхает она, и грудь ее бурно вздымается от восторга и усталости. – Из какой ты семьи? Не могу тебя признать.
Лет ей не больше шестнадцати.
Элойн проводит рукой по ее каштановым волосам с отчетливым оттенком красного дерева.
– Я из старой семьи. Она далеко отсюда. Скажи, милая, ваша
– Здесь, здесь! Только она не следит за
Элойн мягко берет девушку за подбородок и нежно встряхивает:
– Как тебя зовут?
– Шира.
– Спасибо тебе за помощь, Шира. Проводи меня.
Не дождавшись, когда Элойн договорит, девушка хватает ее за руку и энергично тянет за собой со всем нетерпением игривого щенка.
Дорогу им заступает мужчина. О таких мечтают молоденькие девушки, еще не задумавшиеся о смысле жизни. Твердое сильное лицо, в теплых карих глазах отражается свет звезд и свечей, волосы – темные, короткие, кудрявые. У него мускулистое рельефное тело ловкого танцора – жилет и короткие бриджи позволяют рассмотреть такие подробности. Это тело и вправду внушает мечты.
Мужчина расплывается в широкой и яркой, тщательно отработанной улыбке.
Элойн его чарам не поддается, и они с Широй стараются обойти его по дуге, однако танцор вновь возникает перед ними:
– Не видел тебя здесь раньше, красавица.
– И не мог видеть, – кивает Элойн. – Нам обоим будет лучше, если больше не увидишь. А теперь прошу меня извинить.
Она делает шаг в сторону, но мужчина повторяет ее движение. Похоже, обо всем забыл, задался целью преградить ей путь? Элойн мысленно произносит проклятие.
– Я намерена поговорить с
Танцор напрягается, мрачнеет и все же быстро берет себя в руки. Снова сияет белоснежными зубами:
– Позволь тебя проводить. Скажи, ты знаешь, что такое наша борьба? – кивает он на свисающий с левой руки длинный красный шнур, свернутый кольцом.
Элойн кладет руку ему на предплечье, сжимает мышцу и ведет пальцы вниз, пока не доходит до основания ладони, удерживающей шнур.
– Знаю.
Она сдавливает запястье мужчины, словно клещами, просовывает ножку между его ног и бьет каблучком по икроножной мышце. Подсекает, толкает – и танцор, мигом перестав скалиться, оказывается на ковре. Элойн прижимает его ногой к полу и наклоняется:
– Годится?
Шира весело хихикает и запоздало зажимает рот руками. Не успела – на нее удивленно оглядываются.
– Что ж, оказаться под каблучком такой женщины – не самый плохой вариант, – выдавливает мужчина новую улыбку.
Надо же, и падение ему нипочем. Элойн молча обходит поверженного танцора, протягивает руку Шире, и та ведет ее прочь из главного шатра. Они пробираются сквозь заросли высокой травы, раздвигая длинные стебли, и подходят к маленькой палатке.
Обиталище
– Давно ли ты живешь в этой семье, Шира?
Девушка отводит глаза, обдумывая ответ:
– Много лет. Я тогда была еще совсем ребенком. Мы пришли сюда с мамой и со всей нашей маленькой семьей.
Элойн улыбается – ведь Шира до сих пор ребенок.
Они подходят к занавешенному входу, и девушка поднимает руку, предлагая Элойн остановиться.
– Ты – родственная нам душа, и все же
Она гордо выпрямляется, своим видом показывая, что спорить с ней не надо.
– Конечно, малышка, – отвечает Элойн, скрывая удивление. – Спроси, я подожду.
Шира проскальзывает в палатку. Внутри звучат приглушенные голоса, затем наступает тишина, и девушка появляется у входа. Отдергивает занавеску, приглашая Элойн войти:
– Она готова с тобой увидеться. – Девушка мнется, поглядывая себе под ноги.
– Что-то не так?
– Мне остаться нельзя, – корчит она грустную рожицу и смотрит на свою спутницу то ли умоляюще, то ли с любопытством. – А может, все-таки…
Элойн кладет руку ей на плечо и нежно сжимает пальцы:
– Может, в другой раз? У нас очень личный разговор. – Она тихонько похлопывает Ширу по спине и мягко подталкивает: – Беги, а то все пропустишь: и танцы, и музыку, и песни.
