– Не луч-чш-ше! Уж-жасные картинки напоминают о наш-шей немощ-щи! Там мы всего лиш-шь тупые ж-животные! Возвращ-щай песок обратно, ж-живо! Не заставляй меня ж-ждать, Эвина!
– Не верну! Я столько для тебя делаю, а ты не ценишь. Если я тебе не нужна, так отдай меня самкам! Пусть съедят! Хватит меня мучить, Фаффит!
– Ещ-щё ч-чего! Самоч-чки тобой отравятся, а я потом отвеч-чай?! Мне и так досталось от Его Пуш-шистости из-за твоей несдерж-жанности! Он всех отнял. Теперь ты одна заменяеш-шь моих прислуж-жников! Потому пош-шевеливайся!
– Не наглей, Фаффит! – возмутилась лансианка. – Я тебя обожаю, но мне это не помешает прижать тебя к стене в целях воспитания!
– Вот за ч-что мне такое наказание?! – зарыдал цорролец. – Поч-чему мне выпала такая уч-часть?..
Заглянув за решётку, к которой мы успели подойти, я увидела, как в расстройстве меховой клубок содрогается на мозаичном полу, а над ним, уперев руки в бока, стоит моя стражница.
– Альмина! – радостно воскликнула лансианка, в свою очередь тоже нас заметив. Бросилась к решётке и распахнула, выбив замок гравитационным импульсом.
– А замок-то за ч-что? – пуще прежнего взвыл приподнявшийся и потому рассмотревший нанесённый ущерб Фаффит.
– Вот уж точно, – солидарно с ним проворчал Джернал. – Я мог бы и сам открыть.
– Это кто? – с подозрением уставилась на него Эвина. Перевела взгляд на меня, ожидая ответа.
– Вроде бы друг, – пожала я плечами, проходя вглубь помещения и старательно проигнорировав скептический смешок мужчины, оставшегося за моей спиной.
– Ага… А у нас тут семейная ссора, – тут же выбросив из головы не самую интересную тему, лансианка поделилась тем, что её волновало куда больше. – Фаффитик никак не хочет принимать мою точку зрения! Не ценит мои старания!
Она метнулась к поднявшемуся на ноги цоррольцу и крепко обхватила, не желая выпускать. Тот вздрогнул, сверкнул всеми тремя глазами, испустил было вонь, но, видимо, спохватился и пригасил свечение.
– Она меня задуш-шит своей заботой, – пожаловался страдалец. – Я устал муч-читься!
– Ничего, тебе не повредит, – мстительно бросила я, злясь за предательство. – Удушит любя, так поделом тебе, обманщику.
– Я не обманщ-щик! Я выполнял королевское поруч-чение! Я вообще не хотел!..
Отмахнувшись от его воплей, я присмотрелась к Эвине. Платье, в котором была утром, видно изрядно пострадавшее во время схватки с самками, она сменила на удобный костюм. На голове повязка – то ли платок, то ли…
– Ты сильно ударилась? – забеспокоилась я.
– Пустяки, – поморщилась девушка, не выпуская из рук свою добычу. – Кожу чуть рассекла о камень, когда падала. Сознание потеряла. Но ничего страшного не случилось. Фаффитик обо мне позаботился, сюда принёс. А я его отблагодарить хотела и, пока он с отцом объяснялся, уборку успела сделать.
Она лучезарно улыбнулась, указывая подбородком на красочный пол.
Я тоже опустила глаза, только теперь принимаясь рассматривать картинку, ставшую поводом для ссоры.
Там были узнаваемые силуэты рыжих цоррольцев. Орнамент из соцветий янриса. И фигуры, очень похожие на империан. Мужчина и женщина смотрели друг на друга и держались за руки, рядом стояла малышка. Темноволосая девочка сжимала в руке тонкую цепочку, другой конец которой был прикреплен к ошейнику рыжего мехового змеёныша, довольно свернувшегося у ног ребёнка.
Другие собратья Фаффита тоже были в ошейниках, но расположились на расстоянии от семьи. Даже сомнений не возникло, что это питомцы, которые находятся на свободном выгуле.
– Это как понимать? – опешила я, обходя помещение и изучая нелогичную композицию с разных ракурсов.
– Дихол! – Джернал ничуть не менее потрясённо присвистнул, тоже всматриваясь в рисунок. – Да это ж древние милбарцы!
– Не милбарцы! – гневно возмутился Фаффит. – Ещё чего не хватало, чтобы такие, как ты, нами помыкали!
– А кто тогда? Империане? – моментально среагировала я. – И что это значит?!
Фаффит сверкнул одним глазом, закрыв остальные, и строптиво заявил:
– Не скаж-жу. Незач-чем вам.
– Скажешь, – неожиданно вмешалась с любопытством следящая за нашими пререканиями Эвина. – А я взамен сегодня больше не буду трогать твой мех.
– Только сегодня? – начал ставить условия цорролец. – Этого мало. Луч-чше насовсем.
– А как же тогда вычёсывание? – ласково погладила шёрстку лансианка. – И массаж… И вообще, будешь непослушным, я тебя… – она с таким мечтательным выражением лица запустила пальцы в мех, что даже мне стало не по себе. Вот реально задушит заботой.
– Ладно, – судорожно испуганно передёрнул шкурой Фаффит. – Согласен на сегодня!
И принялся за рассказ. История шокировала своей жестокостью и одновременно объясняла многое из того, что многие тысячелетия вызывало массу споров в научных кругах империи.
А началась она с того, что на Цорроле появились чужаки. Спустились с неба в летающей металлической пещере. Начали изучать поверхность, обживать норы, строить машины.
