Торианин, занятый подготовкой и потому не видевший позора конкурента, преодолев полосу препятствий, удивлённо посмотрел вслед уайлианину, перевёл взгляд на непонятную кучу угля и сосредоточился на задании. Легко с помощью левитации поднялся до самой вершины столба, забрал прибор и опустился под одобрительные возгласы и громкие аплодисменты зрителей.
Одир Лен он'Ласт, принц Ипера, стартовавший пятым, физическую нагрузку проигнорировал и сразу отправился к порталу своего павильона. Как и все, я удивилась – да, ему не нужна была подсказка, но баллы за прохождение ведь могут иметь в итоге решающее значение.
– Хочет, пожертвовав рейтингом оценок, показать лучшее время? – задумался вслух ведущий.
– Ах, что ты, дорогой! – ласково возразила ему жена. – Просто наша наследница излишне требовательна, а принц слишком изящной комплекции, ему не по силам подобные подвиги.
– Зато он сообразительный, – парировал её оппонент, когда зеленоволосый долговязый субъект, заслоняя телом панель, набрал символы, а пленка-преграда перед ним замерцала и исчезла.
Его везение в некоторой степени помогло остальным неудачникам. Нет, прошмыгнуть следом они права не имели, но сектор поиска ответов сузился до габаритов фигуры тощего иперианина.
В итоге, когда, блестяще преодолев участок со спортивными снарядами, у входа в первый павильон оказался Шоввер Кут ту'Ос, король Шиана, встретил его неприязненным взглядом лишь цессянин. Остальные соперники подобрали нужные комбинации.
– Неужели король ли'Тон проведёт здесь в бесплодных попытках весь день? – тревожно посочувствовала ему ведущая. – Не всегда первый стартовый номер может принести удачу. Или же и этому участнику помешает выиграть излишняя требовательность и изобретательность нашей наследницы?
В некотором смысле она была права – виновницей замешательства цессянина была именно я. Потому что знаки, которые выбрала в качестве ключа, – «колечко» и «цветочек» – в сознании ли'Тона являлись взаимоисключающими. Колечко для жены, цветок для фаворитки… При чём тут борьба за сердце наследницы – жены императора? Да ещё и цветочек непростой – мео-реллин, символ Зогга. И корни данного неприятия давние. Конфликт возник ещё до создания нашей огромной империи. Тогда зоггиане пострадали от захватнической политики цессян по добыче ултриза на Зогге. А когда Зогг в союзе с Ипером сумел отстоять независимость, захватчики оскорбились до глубины своей эгоистичной души. И за тысячелетия, несмотря на мирное сосуществование и сотрудничество, обида так до конца и не стёрлась.
Тем временем ведущий переключился на очередного участника:
– Надеюсь, Юдалин Ригал г'Одор, принц Оглиана, нас удивит.
Не удивил. И он, и присоединившийся следом Залерин Ноер о'моя́л – принц Рооотона, пополнили ряды тщетно терзающих панель. С мёртвой точки дело сдвинулось, лишь когда Неф Лайрон цу'лЗар, принц Томлина, всего лишь минуту постояв в задумчивости, с первой попытки открыл портал.
Эта удачливость имела свои причины. Колечко, загаданное мной, вручил именно томлинский правитель наследнице Виона – Идиллине Мео Эвон. И традиция дарения кольца любимой женщине принадлежит Томлину, и к Зоггу они неприятия не испытывают, чтобы отвергать идею мео-реллина.
Когда следующие два участника – Пэт Медрин т'ирТин, принц Адериана, и Аглер Рас жи'Ор, принц Микриаса, – закончили преодоление спортивного участка состязаний, портал наконец смилостивился над несчастными. Само собой, комментаторы не стали сейчас афишировать факт, что «мученики» жульничали. Скорее всего, они просто подсмотрели ответы у более удачливых соперников, но я была уверена – жюри это тоже учтёт.
На этом старт должен был завершиться, ведь все одиннадцать участников преодолели первые два испытания. Разумеется, разными способами, но теперь у них был выбор маршрута, а это значит, режиссёрам и организаторам придётся следить сразу за всеми, смешивая и показывая нам самые важные, интригующие и эффектные кадры с разными участниками, а ведущим успевать происходящее комментировать.
Однако приступать к этому никто не торопился, словно нагнетая обстановку и назначив очередные десять минут перерыва. Но для чего?
Ожидая смены локации, я с недоумением присматривалась к панораме стартовой зоны. В одном её углу всё ещё суетились империане, но расстояние оказалось слишком велико, чтобы понять, кто они, а летучки лишь подогревали интерес зрителей, показывая происходящее издали.
Я покосилась на отца, который сидел невозмутимо и всем своим видом излучал спокойствие и уверенность. Поняла, что задавать ему вопросы бессмысленно – не ответит или скажет: «Жди, сама узнаешь». Повернулась к маме, однако в её глазах было ничуть не меньшее недоумение, чем у меня и бабушки, – увы, они обе тоже оказались не в курсе. Единственным предположением было то, которое мне пришло в голову вчера, – к старту готовится эрриянин. Но на каких основаниях его допустили после такого громкого публичного отказа?!
Моё терпение иссякло, когда ведущая наконец соизволила объявить:
