– Путешествие?! – незнакомец надул щёки и посмотрел на меня как на дораду. – Ему её куда-то везти? Зачем? Он не в своём уме и не понимает, что имперский флот тут же атакует его корабль, чтобы вернуть наследницу? Привязок к цоррольцам не возникает, значит, свадьба без фаворита была бы фикцией, а сама наследница, на взгляд империан, осталась незамужней. Так что «пушистость» банально наврал насчёт выбора. Всё заранее решил. Продумал. А не сказал наверняка потому, что не хотел скандала. Ведь куда проще, когда «гостья» послушная и уверенная, что получит обещанное. А она рада им угодить. И меня перед фактом поставили! Никто не поинтересовался, нравится ли мне наследница! Которую я, кстати, даже ни разу не видел. И вообще, я на Милбаре без проблем нашёл бы себе жену. И был бы нормальным мужем, а не постельной игрушкой с «почётным» правом производить детей… – он задохнулся от возмущения и стиснул зубы, отчётливо ими скрипнув.
Я молчала, справляясь с окатившим меня леденящим осознанием. Словно утраченное тарсапское чувство опасности вдруг напомнило о себе… Неужели я действительно настолько легковерная дорада?! И меня просто умело обвели вокруг пальца?!
– Это ж надо додуматься до такого извращения, – видимо дав волю гневу, вновь заговорил милбарец. – Меховая шкура у нас теперь супруг женщины. А нормальный мужчина – не пойми кто… Подстилка… Теперь я понимаю девушек, которые не желают быть фаворитками! С подачи одних белобрысых чудиков, придумавших тройственный союз жена-муж-любовница, все остальные идею подхватили. По всей вашей империи разнесли эту дикость. Сейчас другие чудики, уже рыжие, цессян переплюнули. Ещё больше семейные ценности извратили. И зачем вмешивать в пару кого-то третьего? Пусть семья живёт сама по себе. Мужчина и женщина. Без фавориток и меховых «супругов».
Слушая этот эмоциональный монолог, я только и успевала, что ужасаться и удивляться. Ужасалась, потому что сама едва не стала основоположником вот такого института семьи. А удивлялась странной порядочности милбарца. Чтобы мужчина – и в открытую осуждал существование фавориток?! Более того, им сочувствовал, не желая следовать примеру большинства? Практически нонсенс. Да и я ведь не раз слышала об общественных любовницах, которыми обзаводятся разбойники, когда не хотят или не могут иметь семью. Может, этот субъект, как и цоррольцы, просто пытается создать о себе ложное впечатление?
– А как же ваши обычаи, когда на целую группу милбарцев одна общая любовница? – не выдержала в итоге.
– Это когда такое было? – искренне изумился визави. – Не припомню. Может, раньше, когда война шла?.. Или очень-очень давно, когда на Милбаре женщин было мало? Сейчас у нас абсолютно нормальные семьи. – Он задумался и продолжил: – Одного в толк не возьму, почему цоррольцы за меня уцепились, а не задурили голову какому-нибудь лансианину? Тот бы с радостью им услужил, ещё бы всю жизнь был благодарен за благосклонность. А я так не хочу! Эти пещеры видеть не могу! А мне придётся жить тут, в норе, с наследницей. Будто я подземный червь. Вылавливать из мутной жижи ракушки и водоросли… Тьфу! Сплошное издевательство, с какой стороны ни посмотри.
– И ты пришёл сказать, что отказываешься? О себе заботишься? – хмуро бросила я.
– Я пришёл, чтобы её образумить, – сокрушённо вздохнул, сетуя на мою непонятливость мужчина. – Ведь воспользуются девчонкой, получат власть и уберут её с глаз долой. Запрут в какой-нибудь тёмной норе до конца жизни. Разве это жизнь? Она же ничего не увидит, кроме мерзких пещер и этих вонючих змеёнышей! У нас на Милбаре нет особых красот, но даже наша планета приятней Цоррола. Светло, удобно, свободно. Каждый сам себе хозяин.
– Я тебя поняла. Спасибо, что всё рассказал, – нашла в себе силы поблагодарить за откровенность. – Обязательно передам твои слова наследнице.
– Передашь? – с непонятным, но явным сомнением взглянул на меня мужчина. – Да тебе всё, что я сказал, покажется ложью, едва своего ненаглядного пушистика учуешь. – Он обречённо махнул рукой. – Странно, что ты сейчас их не защищаешь. Обычно вы, лансиане, бросаетесь в драку из-за малейшего оскорбления этих хитрых уродцев.
– А откуда ты знаешь, кто я? И вообще, что я здесь оказалась? Фаффит сказал, что меня недавно привезли.
– Так я и привёз, – доброжелательно улыбнулся незнакомец. – То есть моя команда. Они плато обыскивали, а я за штурвалом сидел. Мы тебя из палатки забрали, когда приказ поступил. А после того как здесь приземлились и тебя цоррольцы утащили, дядя меня «осчастливил» перспективами…
– Ты видел нападавших? – перебила я, возвращая от сетований на его личные проблемы к тому, что меня интересовало куда больше.
– Я видел только последствия обстрела – там на плато всё раскурочено было. Поражаюсь, как ещё палатка осталась цела! Когда тебя к нам на корабль несли, без сознания, решил, что тебя знатно оглушило. И парни недоумевали, что ты всё никак в себя не приходишь.
