В результате Нарочской операции в Белоруссии потери русских войск, по разным оценкам, составили около 78 тысяч человек. Потери германской армии – около 40 тысяч.
Верденское сражение во Франции продлилось 10 месяцев. Обе стороны только погибшими потеряли 400 тысяч человек, а вместе с ранеными и пленными – более миллиона.
Если бы не помощь русской армии, французы вряд ли сумели бы удержаться.
А между тем, спасать союзников русской армии приходилось не только в белорусских лесах. Франция обратилась к правительству России с просьбой прислать на Западный фронт своих солдат. Так началось формирование нескольких особых пехотных бригад.
В тыловом гарнизоне полк, в котором теперь служил Родион Малиновский, готовился к отправке на позиции. Ночью в казарме Малиновский тревожно перешептывался с соседом:
– Говорят, нас во Францию будто бы отправляют…
– Слыхал… Должно, и впрямь отправят, – степенно отвечал благодушный сосед, рядовой средних лет. – Интересно, что оно такое – эта Хранция?
– А мне вот не интересно, – волновался Родион. – Я хочу в свой полк!.. – Он все еще надеялся разыскать Валентину. А если уехать за тридевять земель, то все пропало.
– Слышь, – придвинулся он поближе к соседу и зашептал: – Как бы мне от этой отправки спрятаться?
– А ты заболей!
– Это как? – опешил Родион. – Я же здоров, я недавно только из госпиталя.
– Тю! Сходи к фершалу, дай полтинник. Он все тебе и обскажет.
Родион еле дождался утра и побежал к фельдшеру. Тот смахнул в стол полтинник и авторитетно сказал:
– Значится, так. Куришь? Вот заместо махорки сворачивай чай сухой, его и кури. В легких хрипота появится. А не поможет – приходи ко мне, я тебе укольчик специальный поставлю.
– Хорошо.
– Но это – за отдельную цену. Понял?
Малиновский курить не умел. С большим трудом, кое-как, свернул из газеты «козью ножку» с чаем. Закурил. Пахло странно. С отвращением затянулся – горло продрало, как наждаком. Родион закашлялся. Попробовал затянуться еще раз, плюнул, бросил самокрутку и со злостью растоптал ее сапогом.
Решением командования Родион Малиновский, Георгиевский кавалер, отличный пулеметчик и грамотный солдат, был направлен в составе Русского экспедиционного корпуса во Францию. Ему предстоял долгий путь вокруг континента: сначала поездом на Дальний Восток. Затем морем – через Гонконг, Сингапур, Индокитай, Индийский океан, Суэцкий канал и Средиземное море. Конечный пункт назначения – Марсель.
Лишь в апреле 1916 года экспедиционный корпус высадился во Франции. Стоя вместе со всеми на палубе, Родион во все глаза смотрел на марсельский порт, удивляясь, каким же дураком он был, что пытался избежать отправки во Францию. Пока добирались, он получил письмо от Валентины: она сообщала, что вышла замуж. Так что в России его теперь ничего не держало.
– Сейчас на поезд – и в Париж, – вполголоса сказал сосед.
– Да ну!? – поразился Малиновский. – Прямо так сразу – и в Париж? Вот это да!
– А чего? – не понял сосед. – Ну, Париж и Париж.
Организация Русских Экспедиционных корпусов началась в конце 1915 года по инициативе французского Сената. Его представитель предложил русскому правительству направить во Францию 400 тысяч русских офицеров и солдат в обмен на вооружение и боеприпасы. В январе 1916 года была сформирована 1-я особая пехотная бригада из двух полков, которая прибыла во Францию 20 апреля 1916 года. Впоследствии были сформированы еще три бригады, направленные на Западный фронт.
Появление союзных российских войск произвело на французов большое впечатление. Французский маршал Фердинанд Фош писал:
В рядах русской армии также сражалось немало иностранцев, но особо выделялся среди них фельдфебель Марсель Плиа, уроженец Парижа, который в детстве приехал в Россию вместе с матерью, чью фамилию и носил. Откуда родом был его отец, подаривший ему экзотическую внешность, до сих пор неизвестно: одни считали, что Плиа – сын африканца, другие – полинезийца. На войну Марсель Плиа отправился добровольцем и заслужил два Георгиевских креста. Он воевал в эскадре воздушных кораблей, состоявшей из бомбардировщиков «Илья Муромец».
