Никогда ещё взбитые заботливыми руками Виги недра постели не казались мне такими привлекательными. Глядя на подрагивающий от лёгкого сквозняка язычок пламени на верхушке свечи, я откинула одеяло и едва только подняла на постель ноги, как почувствовала, что раненую руку ощутимо кольнуло. Но не одной иглой, а сразу целым пучком. Вскрикнула, встряхивая кисть, решив, что просто неловко опёрлась на ладонь.
И тут увидела, что прочь от меня в сторону окна по полу улепётывает что-то небольшое и юркое. Перевела взгляд: дракончик. Совсем маленький, больше похожий на какую-то многоножку — длинным тельцем и короткими лапками. Но, несмотря на вполне безобидный вид, вредная гадина, до того молчавшая, распознав, что её заметили, вдруг злобно зашипела. Она замахала крошечными крыльями, поглядывая на меня, и принялась уносить ноги ещё быстрее.
— А ну, стой! — неизвестно зачем рявкнула я. — Ах ты, гадёныш!
Откуда он здесь вообще взялся? Очередной разведчик сумеречников? Опыт кого-то из здешних мужчин: кто их знает, может, Вигхарт и Бальд тут не единственные маги? Я вскочила на ноги и не глядя сдёрнула с тумбы канделябр, собираясь им огреть уже взлетевшую в воздух драконью муху. Но если свет погаснет — а другого в комнате уже не было, — то вообще ничего не разглядишь. Потому я оставила свечи на месте, а сама подхватила висящий на изножье кровати халат. Распахнула его и, прежде чем проворная ящерица успела прошмыгнуть в приоткрытое окно, накинула плотную ткань на неё.
Гадина яростно и мерзко заверещала, забилась, падая под весом немаленького для её размера халата. Рухнула на пол и закувыркалась, ещё больше путаясь в плотном льне и кружеве, которым тот был отделан.
— Попался, — мстительно прошипела я, очень похоже на то, как это делала кусачая тварь. — Будешь знать! Отнесу тебя его большой драконьей светлости, он прикажет поварихам бросить тебя в суп.
И только наклонилась, чтобы поднять пленённого злобного дракончика, который неведомо как попал ко мне в постель, как почувствовала, что у меня плывёт перед глазами. Кровь невыносимой тяжестью прилила к голове. Я качнулась вперёд, едва устояв, и поднесла укушенную руку к глазам. Светлая Вайса, что за паршивый день!
Вокруг небольшого полукруглого укуса расползалась синюшная краснота. Я с трудом выпрямилась, стараясь ещё сохранить ускользающее сознание, и прямо так, в одной только сорочке, вышла из комнаты. Звать Вигу бесполезно: она ушла чистить моё пострадавшее от очень насыщенного утра, испачканное в пыли и крови платье.
Через несколько бесконечно долгих шагов я ткнулась в дверь Николь, что была как раз напротив, постучала, но мне никто не ответил. Даже служанка не откликнулась. Потому я качнулась в сторону, силясь донести пудовые ноги до комнаты Маргит. Поскреблась к ней, не в силах выдавить из горла ни звука. Руку уже охватило огнём до самого локтя, кровь раскалилась в венах и текла, кажется, слишком медленно, не успевая разносить жизненные силы по моему телу.
— Вайса, сохрани! — воскликнула Маргит, когда я едва не упала на неё, потеряв опору открывшейся двери. — Что с вами?
— Меня укусил какой-то дракон, — еле выдавила я, понимая, как дико звучат мои слова. — Позовите лекаря.
Эфри с трудом смогла меня удержать. Кажется, тут же подоспела привлечённая шумом её служанка. За ней — разбуженная и, судя по звенящему голосу, сильно раздражённая Эбреверта.
— Вот и правда его светлости было бы лучше отправить её домой, — гудела она над ухом, словно пчела.
Так и хотелось отмахнуться. Но пчёлы жалят. Хотя куда уже мне больше. Меня, кажется, уложили на постель — и стало чуть тише. Затем раздались шаги, которые вязли в том мутном беспамятстве, что всё больше окутывало меня, топило в себе, словно в горьком маслянистом соке.
— Алькер, сделайте что-нибудь! — прогромыхало сбоку. — Лора, проклятье, вы не можете дать о себе позабыть.
Последние слова коснулись горячим дыханием моего уха. Крепкие руки приподняли голову.
— Она должна выпить. Если не сможет, помочь ей будет гораздо сложнее. Откуда этот дракон вообще взялся в её комнате? — возмущался лекарь.
— Уж лучше бы это была сумеречная энергия, её я смог бы изменить, — невпопад ответил его драконья светлость, в чьих объятиях я, кажется, сейчас лежала. Какие у него большие руки — утонуть можно. Как крылья. А может, это крылья и есть? Он ведь дракон.
Я пыталась справиться с беспорядком, что творился сейчас в моей голове, хотела открыть глаза, но могла лишь щуриться, замечая, как вокруг меня снуют какие-то размытые силуэты. К губам прижался тёплый край чашки, душно воняющая какими-то травами жижа облепила их, полилась в рот. Я попыталась проглотить, но только закашлялась, скручиваясь в кольцо на коленях Вигхарта.
— Она ничего не выпила! Ваша светлость, — в голосе Алькера прорезалась паника.
Я и хотела бы выпить эту премерзкую дрянь, но горло словно сдавливало спазмом.
— Лора, постарайтесь! Иначе умрёте от яда, — принялся уговаривать меня герцог, слегка встряхивая. — Лора!