— Вы всё же сильно отличаетесь от других эфри, — вдруг раздался у меня за спиной мужской голос. — Они не упускают возможности покрасоваться на глазах Вигхарта. Даже танцуют с другими мужчинами — ради него. А вы постоянно сторонитесь.
Я медленно повернулась, и тут же внимательный и спокойный взгляд герцога фон Таля заставил мои щёки потеплеть. Недаром его преследовала репутация изрядного бабника, об одной части похождений которого гудел весь двор кёнига Нортвина, о другой все деликатно помалкивали. Сейчас я даже немного прониклась его способностью мгновенно цеплять внимание девушек и удерживать его. Вот только в этот раз он выбрал не ту жертву.
После короткого обмена взглядами я вновь вернулась к любованию дивным видом, что простирался от подножия Кифевальда в необозримую, сожжённую огнём заката даль.
— Не всем хочется угождать его светлости. — Я дёрнула плечом, отмечая боковым зрением, как дракон приближается ко мне.
— Я, признаться, думал, что все разговоры о вас — это преувеличение впечатлительных слуг. Но нет, теперь вижу, что многие ещё не оценили вас по достоинству. Считайте это личным наблюдением.
Да уж, наблюдал за мной он сегодня предостаточно.
Герцог остановился рядом и опёрся бедром об ограду балкона. Невольно взглянув на него, я подумала вдруг, что ни разу не слышала, кто же был прародителем фон Таля, какой из драконов? Словно бы все вокруг знали, что о драконах сплетничать не желательно вовсе, как и совать нос куда не следует. А особенно о высших из них.
— Пока что это принесло мне только проблемы. Да и его светлости тоже.
Герцог усмехнулся, но на какой-то миг его лицо омрачилось от неведомого сожаления.
— Это только интригует, эфри Вурцер. Признаюсь, Вигхарт просил меня разузнать обо всех эфри как можно больше. А о вас — особенно. Но вы как будто свалились в ту обитель Дочерей Кригера с неба. Никаких следов. О вашей жизни в имении эдлера Вурцера известно немногим больше.
Значит, всё же просил разузнать, хитроумно-чешуйчатая светлость. Кто бы сомневался! Интересно, что именно он планировал обо мне выяснить.
— Во время работы в имении фрайгерра Вурцера я ничем не выделялась. Жила спокойно, учила ребёнка.
Филиберт хмыкнул с явным сомнением на лице.
— Вижу, ваша жизнь вас устраивала.
— Не совсем. Скорее, всю большую часть своей жизни я просто пыталась понять, как так вышло. И придумать, что мне делать дальше. Сидеть за стенами имения Вурцера или пытаться найти выход.
— И что же вы решили?
— Что я не хочу стать женой того, кто мне безразличен. Как бы состоятелен он ни был. А ещё хочу сама устроить свою жизнь, хоть и понимаю, что это будет нелегко.
— Управляющий Высшей школы в столице — мой хороший знакомый, — вдруг прервал мои размышления Филиберт. — Если вы и правда столь хороши во владении языками и хотите стать преподавателем, я могу устроить вам встречу с полезными людьми. А дальше — с самим управляющим. Наверняка он сразу поймёт, на что вы способны.
— Отчего такая милость? — Я выпрямилась, ощутив вдруг нехорошее напряжение во всём теле.
— Вы симпатичны Вигхарту, — усмехнулся Филиберт. — А значит, симпатичны мне. Я вижу, что вы на многое способны и многое готовы преодолеть. Потому считаю, что поручительством за вас я никак себе не наврежу.
— Приятно слышать, — выдавила я.
Оглянулась и в открытые двери увидела, как мимо проходит в танце Вигхарт — вместе с Марлиз, разумеется. Она улыбается, да и он, кажется, выглядит вполне довольным. Либо его драконейшество что-то перепутал, когда просил меня о танце, либо я что-то не так поняла. Либо в глубине души я всё-таки такая же наивная дура, как и остальные эфри.
— Желаете потанцевать? — окликнул меня герцог, словно заметил задумчивость, с которой я проводила драконистую пару взглядом. — Поверьте, я очень хорошо танцую. И вам не придётся за меня краснеть.
Ещё бы сомневаться в этом: наверняка у того, кто большую часть жизни проводит при дворе кёнига, обширнейшие навыки в танцах.
— Если вам так угодно, ваша светлость, — наклонила я голову.
Почему бы, собственно, и нет?
Я отошла от перил, но случайно зацепила локтем стоящий на них кубок — и тот кувырком, расплёскивая в стороны винные брызги, полетел вниз. Вот же проклятье! Разбрасываться дорогой посудой в доме герцога — этого я ещё не делала! Кубок мелькнул тусклым проблеском и тихо звякнул где-то на дорожке внизу. Помялся, наверное…
Я чуть перегнулась через перила, пытаясь разглядеть его во мраке, и сердце прыгнуло в пятки, когда моего локтя коснулась прохладная рука. Я даже качнулась вниз, судорожно цепляясь за ограждение. Перед глазами так и промелькнули стены замка, стоило только представить, что вот так совершенно легко можно вывалиться с балкона.
— Эфри! — обеспокоенно окликнул меня Филиберт. — Оставьте вы этот кубок. Прислуга найдёт.