Кровь на анализ я сдала быстро. Свободного времени было много. По дороге домой я зашла в кафе. Когда я последний раз была в кафе? Давно, еще с Томеком. Причем именно в этом кафе.
– Латте, пожалуйста. С карамельным сиропом.
Я села за столик, взяла газету.
Я не отступлю. Ни за что. Не откажусь. Я чувствую, что это правильное решение. Может быть, благодаря мне чей-то муж, жена или мать получит новую жизнь… Эх, если бы у Томека в свое время был такой шанс…
Когда я привела Ину к маме, я почувствовала, что наша жизнь снова вышла на правильный путь. Мама заулыбалась, Ина стала помягче. Даже врач стал чаще бывать у нас. К сожалению, до сих пор не было известно, как обстоят дела с донором. Всю процедуру я знала наизусть. Я знала, что с момента, когда они кого-то найдут, до пересадки может пройти несколько месяцев. Понятно, хотелось, чтобы донором оказался человек ответственный и добрый. Кто-то, кто захочет подарить моей маме жизнь.
– Мама, я знаю, что кто-то обязательно найдется.
Она улыбнулась. В последнее время она почувствовала себя чуть лучше, и был шанс, что ее отпустят на пару дней домой.
– Надо верить в это, дочка.
– Потом мы с ним встретимся. Или с ней. И подарим ей что-нибудь очень особенное, что можно получить только от нас. Твои огурцы, например.
Она рассмеялась. Это было чудесно – я так давно не слышала ее смеха.
– Мама, и мы возьмем ее с собой в отпуск. Есть такое место, куда бы ты хотела поехать? Если бы ты могла сесть в самолет, машину, если бы у тебя была куча денег? Куда бы ты поехала?
– Я бы хотела… на берег Брды.
– На Брду? – Вряд ли какой другой ответ мог меня удивить больше.
– Я хотела бы снять заклятие с реки. Не знаю, что там Ина тебе нарассказывала…
– Да все, что было, то и рассказала…
– Ты должна сообщить отцу. Что я больна. Что в случае чего…
– Мама. Никакого «в случае чего». Мы едем на Брду. После операции. Ты уже сможешь встретиться с ним, с ней, кто бы это ни был, мы заберем его на Брду!
– Ну ладно, – неуверенно сказала мама.
– Если только он не из Гонолулу. А то будет тяжело, – рассмеялась я.
– Нет. Это полька.
– Мама? – Я схватила ее за руку. – Неужели ты знаешь больше, чем я?
– Я знаю только, что есть донор и что сейчас проходит окончательную проверку. Результаты должны быть готовы в ближайшее время. Теперь нужно молиться, чтобы донор не передумал.
Я была на редколлегии в редакции, когда у меня зазвонил телефон. Я пару раз нервно взглянула на мобильник, но отвечать не стала, потому что шефа сегодня не было и собрание вела ненавистная мне заместитель начальника. Добавлю, что ненависть была взаимной.
– Пани Каролина, я вам не мешаю? – спросила она.
– Нет, простите, пани Иоанна. Важный звонок. – Иоанна была единственным человеком на работе, который обращался к сотрудникам на «пан-пани» и от других ожидал того же.
– Если служебный, не стесняйтесь. Если личный, даже не пытайтесь. – Она рассмеялась так, будто рассказала лучший в мире анекдот.
Сначала я хотела покачать головой и вежливо продолжать сидеть на своем месте, но звонила Карола.
Может, что-то не так с Патрицией?
– Конечно, служебный, – улыбнулась я. – Мне нужно ответить. Иначе тема уплывет.
Я встала и вышла в коридор. Карола уже успела отключиться. Я набрала ее номер.
– Карола?
– Ина, у нас есть донор!
– Слава Богу. И что теперь?
– Как что, ждем, с нетерпением ждем.
