– Давайте… э-э-э… давайте ещё раз основательно продумаем эту историю до конца, – тихо говорит он. – Разумеется, я не хочу… мне ни в коем случае не хотелось бы тревожить тебя, Шарлотта, но… Представим, что тебе действительно придётся сесть в тюрьму. Что будет в этом случае с состоянием Шпруделей? Кто будет управлять наследством, пока ты вынуждена отбывать наказание? Кто сможет распоряжаться деньгами?
Шарлотта, мгновенно превратившись в соляной столб, выглядит так, словно её сейчас вырвет.
– Мой ближайший родственник, – хрипло говорит она. – Мой двоюродный брат Дориан!
«
– Говорить с начальницей полицейского управления всё равно что есть суп из колючей проволоки, – прерывает мои размышления негодующий Геральд Шедель. Его разговор успехом не увенчался. – Ничего не поделаешь, – бушует он, – она покрывает своего комиссара. Но то, что он творит, нарушает все права и законы. Нужно подать на него в суд. И на начальницу полицейского управления тоже! – Замолчав, Геральд Шедель вопросительно смотрит на нас: – Что случилось?
Я посвящаю его в наши размышления о Дориане Шпруделе, после чего он, опустившись на диван, удручённо бормочет:
– Да. Звучит очень логично. Может, так и есть, – взглянув на Шарлотту, адвокат говорит с печалью в голосе: – Я всегда предостерегал тебя насчёт Дориана. – Затем, повернувшись к застенчивому сыщику и тяжело вздохнув, он спрашивает: – И что вы теперь собираетесь делать, мой мальчик?
– Я всегда делаю это крайне неохотно. Но сейчас нам нужно быстренько осмотреть комнату Дориана, – заговорщицки глядя на меня, отвечает сыщик. – Возможно… э-э-э… возможно, там мы натолкнёмся на что-то, что нам поможет. Может, на какое-то доказательство того, что за всем стоит Дориан. Шарлотта, где… как нам пройти в его комнату?
– Вдоль по коридору. Предпоследняя дверь справа.
– Есть в доме что-то типа универсального ключа? – застенчиво моргая, спрашивает сыщик.
– Да, – достав из кармана брюк узкую связку ключей, Шарлотта отцепляет один и протягивает Рори. – Он подходит ко всем замкам. – Она смотрит на нас потрясённо. – По-прежнему поверить не могу, что это Дориан, – шепчет она, качая головой. – Но если он на такое способен… Кто знает, может, он тогда и… Будь осторожен, Рори!
Сыщик краснеет и, кивнув, направляется к двери. А следом за ним и я.
– Я останусь с тобой, Шарлотта, – говорит Геральд Шедель. – Сейчас тебе лучше не быть одной. Я могу что-то для тебя сделать?
– Да, – слышу я слабый голос наследницы. – Мне срочно нужно выпить некрепкого кофе. Не мог бы ты попросить Торвальда принести кофейничек?
Пока мы идём по коридору, я выглядываю в одно из высоких сводчатых окон в парк. Доктор Херкенрат улёгся у снежного ангела. Комиссар Фалько пытается – то завлекая, то угрожая – заставить его немного подвигаться, что лишь вызывает у Доктора Херкенрата ленивую спаниельскую зевоту.
– Если… э-э-э… Дориан Шпрудель окажется у себя в комнате, не могла бы ты под каким-нибудь предлогом выманить его? – робко спрашивает Рори. – Завязать какой-нибудь разговор. Тогда мне бы удалось за это время там… кхе-кхе… осмотреться.
– Наверное, смогу, – говорю я в надежде что-нибудь придумать.
Но, по счастью, ничего придумывать не приходится. На стук Рори никто не откликается. Дориана в комнате нет. И универсальный ключ нам тоже не пригождается – дверь не заперта. Я с любопытством просовываю голову в комнату: повсюду разбросаны шмотки, на ковре огромное пятно от вина, воняет окурками и грязными носками.
– Ты бы постояла в коридоре на страже, – шепчет Рори, окидывая взглядом неприбранную комнату. – Если Дориан объявится, постарайся его задержать.
Кивнув Рори, я закрываю дверь и заступаю на пост, молясь про себя, чтобы сыщик обнаружил что-нибудь, что снимет обвинение с Шарлотты.
Я не стою и двух минут, как в коридоре, направляясь к себе, появляется Дориан. Он по-прежнему в мятой пижаме и выглядит ужасно уставшим.
