— Забирайте, для того и привёл. Коснитесь и мысленно отдайте простой приказ, они его выполнят. Кормить можно заряженными кристаллами, но если будете перекармливать, то они начнут расти прямо на глазах. — Я насмешливо посмотрел на единорожку, всё ещё держащуюся на расстоянии. — Ну что, я вас убедил в своей компетентности? Можно я останусь работать в университете? Пожа-а-алуйста?
Она ответила мне растерянным взглядом, и неуверенно кивнула. Бли-и-ин, ну неужели эти волки настолько страшные?!
— Ну ладно, раз уж мне разрешили остаться, то, может быть, познакомимся нормально, а, коллеги?
— А? — единорог отвернулся от волка и уставился на меня с удивлением.
— Меня-то вы знаете, а я вас — нет. Разве что по подписям к письму.
В принципе, я уже разобрался, кто есть кто, поскольку они называли друг друга по имени в процессе беседы, но лучше уж сделать всё официально. А то мало ли, вдруг «Винд» и «Лайт» — это сокращённые версии имён?
— Прошу прощения, — кажется, единорога мне удалось смутить. — Я Стрэйт Винд, декан факультета теоретической и прикладной магии, также я возглавляю кафедру теоретической магии, а это… — единорог кивнул в сторону своей спутницы, ещё не отошедшей от произведённого волками впечатления, — Глэрин Лайт, глава кафедры прикладной магии.
— Артур Меркушев, очень приятно. Надеюсь, мы сработаемся.
— Тоже очень на это надеюсь, — кивнул единорог. — И ещё раз простите за столь холодный приём.
— Как я понял, вам кто-то дал непроверенную информацию, — небрежно, но внутренне подобравшись, произнёс я. — Вы не могли бы сказать, кто именно это сделал?
— Неприятно об этом говорить, но где-то три недели назад мне написал…
— Винд, не надо, — очнулась вдруг единорожка. — Я сначала хочу сама с ним поговорить.
Единорог посмотрел на неё с явным неудовольствием.
— Хватит этих игр, Лайт, — прохладно ответил он. — В свете предоставленных нам доказательств слова твоего брата — злая клевета, а его идея могла стоить репутации нам обоим. Я покрывать его не собираюсь!
Брата? Так тут что-то вроде семейного заговора?
— Он сам не знал! — со слезами в голосе воскликнула единорожка, а затем с мольбой обратилась уже ко мне. — Пожалуйста, поверьте мне! Я сама сказала ему, что древесные волки не бывают такого размера! Умоляю! Если вы расскажете об этом журналистам, он потеряет всё! Это его уничтожит!
Ничего себе, да она же в панике! А я ещё думал, что за угроза такая — «раструбить на всю Эквестрию»? А вот же, судя по реакции, для пони она по уровню воздействия идёт сразу за изгнанием. Хотя, если вспомнить историю Беаты… наверное, бойкот, объявленный тебе всей страной — это действительно страшно, особенно для таких гиперсоциальных существ.
— Да я и не собирался ничего такого делать, — заверил её я. — Мне просто хотелось бы поговорить с этим пони, чтобы предотвратить такие случаи в дальнейшем. И извинения тоже не помешали бы.
— Спасибо! Огромное спасибо! Я сейчас же с ним поговорю! — обрадованная моим ответом единорожка пулей выскочила за дверь.
Поморщившись от боли, интенсивность которой продолжала нарастать, я задумчиво посмотрел на единорога, размышляя, стоит ли просить его о небольшой услуге. М-м-м… пожалуй, нет. Как-то меня слегка напрягает мысль, что четвероногий бородатый мужик будет тыкать в мой лоб своим длинным, твёрдым органом. Пусть даже это и рог. Ещё полчасика я потерплю, а во дворце меня вылечит Селестия — с ней, к счастью, совсем другие ассоциации…
— Спасибо, — серьёзно произнёс Винд. — Выплыви эта история наружу, досталось бы всем.
— Всё хорошо, что хорошо кончается, — рассеянно ответил я, прислоняя стол к ближайшей стене. — Ладно, пойду я. До следующего учебного года, коллега. А, да, стол не убирайте, я потом заберу.
— Хорошо, — кивнул единорог. — Всего доброго.
Светить участие Куджела я не хотел. Вроде бы кончилось все неплохо, да и он не скрывался, но мало ли как работа «против коллег» повлияет на отношения в коллективе. Так что, подобрав с пола устав и закинув его в рюкзак, я направился к выходу.
Небольшая пробежка по лестнице во время спуска с третьего на первый этаж добавила ещё пару пунктов к головной боли. И это ж ведь ещё нифига не предел… а Луна ещё удивлялась, что я завидовал тем, кому не надо всю жизнь таскать с собой набор болеутоляющих! Срочно к Селестии, она и полечит, и накормит, и крылом укроет… тёпленьким… кхм. Не дай боже.
— Он что? Он угрожал тебе этим?! Да я его на луну запну!!! — донёсся до меня приглушенный рев.
— А ну стой на месте! — не менее резкий окрик. — И дослушай меня до конца!
А вот этот голос я узнаю, Глэрин Лайт собственной персоной. Значит ли это, что второй голос — это её брат? Ну-ка, посмотрим, кому это я обязан сегодняшними событиями… откуда там голос доносился? Найти нужную дверь труда не составило, беседа до сих пор велась на повышенных тонах. Аккуратно прислонившись к косяку, я прислушался.
— …твоя одержимость Селестией перешла уже все границы! — возмущённо втолковывала кому-то Лайт. — Посмотри на себя! Ты опустился до клеветы!
— Ты же сама сказала, что волки не могут быть такого размера!
