— И была дурой, которая полезла не в свою область, поверив гневу своего младшего братца! Не ты ли живописал его как недалёкого, хитрого и жадного до славы дискордова выкормыша, которого надо только немного припугнуть оглаской?! А вместо этого нам с Виндом пришлось краснеть, слушая, как он разносит твою дурацкую затею в пух и прах! Да мне не было так стыдно с тех пор, как я не смогла разбудить яйцо на экзамене в школу для одарённых единорогов!
— Извини, я правда думал, что он…
— Уже неважно, что ты там думал, — в голосе единорожки прозвенела сталь. — И передо мной извиняться не надо, я виновата не меньше чем ты. Боюсь даже представить, что теперь обо мне будет думать Винд…
— Лайт, сестрёнка, послушай…
Голоса притихли, и теперь до меня доносилось только какое-то невразумительное бормотание. Так, пожалуй, самое время немножко подсмотреть. Легонько потянув на себя дверь, я заглянул в образовавшуюся щель. Ага, вижу. Что?! Ах, ты, подлая скотина…
Вместе со злостью в голову снова ударила боль, и я тихонько отошёл от двери и зашагал в сторону выхода из университета. Можно было бы и догадаться! Больше я никому не успел так «насолить» своим здесь присутствием! А главное, какой отличный метод выбрал — семейные связи и административный ресурс в одном флаконе. Неудивительно, что ко мне заранее отнеслись как к говну! Так, спокойнее, спокойнее… вдох-выдох, вдох-выдох… морду ему набить, что ли? Ага, единорогу, как же. Да и нельзя, он только порадуется предоставленной возможности выставить меня бешеным зверьём, которому нельзя находиться среди пони. Чёрт! Надо прекращать злиться, пока голова не лопнула нахрен.
Как же я скучаю по своим туристическим ботинкам… у них подошвы были толстые, амортизирующие, а в этих тканевых балетках каждый шаг по мостовой отдаётся в череп глухим болезненным ударом. Теперь я даже слегка жалел, что не попросил помощи у Винда. Дурак был, ой дурак… и как назло, на улице ни одного прохожего! Хоть немного притушить боль мне бы любой единорог сгодился, Твай говорила, что простое лечебное заклинание знают почти все. Ну и где эти рогатики, когда они нужны?
— Сто-о-ой!!! Артур! Подожди!!! — раздался за спиной крик. Я, едва сдержав стон, обернулся. Кого там еще принесла нелегкая? О, капитан стражи собственной белошкурой персоной… будьте осторожны со своими желаниями, как говорится. Рогатик? Рогатик. Только худший из возможных на текущий момент. Ну его к черту, не буду ждать. Пусть сам догоняет, все равно он раз в пять быстрее меня бежит.
— Чего тебе? — неприязненно поинтересовался я, когда единорог поравнялся со мной.
— Надо поговорить.
— Опять угрозы? — ядовито поинтересовался я, не сбавляя шаг. — Не страшно. Свободен.
— Да стой же ты! — он обогнал меня и встал на пути. — Это я написал письмо декану факультета. И идея выгнать тебя из университета тоже моя.
— Молодец. Не делай так больше, — издевательски ответил я. — Что-нибудь еще?
— Да. Со мной можешь делать что хочешь, но не говори принцессе Селестии о том, что этом участвовала моя сестра.
— То же самое, что не говорить об этом Селестии вообще, — хмыкнул я. — Или ты думаешь, что если она начнет сама расследовать этот случай, то до правды не докопается? Хотя, кого я спрашиваю… впрочем, хорошо, я ей не расскажу.
Все равно не собирался. Зачем ломать только-только наведённые мосты с коллегами?
— И даже ничего не потребуешь от меня? — с подозрением поинтересовался у меня единорог.
— Хм-м-м… как насчет извинений? — я усмехнулся, проглотив едва не выскочившее "да что с тебя взять?!" — И за прошлые угрозы, и за эту подставу? Только искренне.
— Мне не за что извиняться, — мрачно ответил Шилд. — Я выполнял свой долг.
Чего-о-о?! А я-то думал, что ему сестричка мозги вправила. Не то чтобы мне было так уж необходимо услышать "мои сожаления, был неправ", тем более я не считаю извинения чем-то унизительным для того кто их приносит, даже наоборот. Но чтоб вот так…
— Восхитительно, — пробормотал я. — И каков же твой долг, капитан?
— Защищать принцесс и всех пони Эквестрии, — торжественно ответил он. — В том числе от таких как ты.
— От таких как я, да-а-а… — я хмыкнул и снова поморщился от начавшей пульсировать боли. — Знаешь, в чем между нами разница, Шилд? Я, в отличие от тебя, свое место занимаю заслуженно. Мне было что показать Селестии, и меня нельзя просто взять и заменить на любого случайного выбранного стражника. А тебя можно. Как по мне, так даже нужно.
— Да ну? Готов доказать это делом? — прорычал он, угрожающе наклоняя рог.
— Конечно. Просто ответь мне честно на несколько вопросов, этакий краткий тест на профессиональную пригодность.
— Да что такой как ты может понимать в работе стражи? — фыркнул он.
— Вот и увидим. Ответишь на мои вопросы, и я выполню твое маленькое желание. Запрусь в Понивилле и буду просить у тебя разрешения, если мне понадобиться съездить в Кантерлот.
— Задавай, — он с металлическим звяком сел на камни мостовой.
