Натсэ опять заворочалась, и я шёпотом спросил:
– Натсэ, ты не спишь?
– Нет, хозяин, – послышался шёпот в ответ.
Я заговорил, путано пытаясь оправдать то, что ей грозит жертвоприношение, и сам себя начал презирать за этот дурацкий монолог.
Натсэ, однако, выслушала внимательно и сказала:
– Ясно. – Помолчав, добавила, кажется, просто чтоб успокоить меня: – Мне в любом случае повезло больше, чем я могла рассчитывать. И уж куда больше, чем той несчастной, которую продали первой.
– Ганла, – одновременно произнесли мы и помолчали.
– Если бы можно было её спасти, – вздохнул я, глядя в потолок.
– Если бы был кто-нибудь, кто сумеет снять ошейник, – эхом отозвалась Натсэ.
– Если бы мы знали, куда он её повёл…
– То есть будь мы уверены наверняка, что она у него дома, номер двадцать пять по Грунтовой улице…
Я помолчал. Потом вздохнул:
– Но нам даже из дома не выбраться…
Послышались лёгкие шаги босых ног, и передо мной появилась Натсэ, завёрнутая в одеяло. Сердце у меня ёкнуло, а мозг подумал… О том, о чём он у меня постоянно думал.
– А руна Земли всё ещё у вас, хозяин? – спустила она меня с небес на землю.
Я взял со стола глиняную лепёшку и показал Натсэ. Она – кажется, впервые с нашего знакомства, – улыбнулась.
– Поверить не могу, что мы это делаем, – шёпотом сказал я.
Я шёл первым, держа в вытянутой руке руну Земли, и земля расступалась передо мной. Когда так делала Талли, она напоминала мне ледокол. Теперь же, оказавшись на её месте, я испытывал другие ощущения. Происходящее напоминало расстёгивание «молнии». Например, на джинсах. Интересно, Натсэ пошли бы джинсы?
Я представил её в обтягивающих джинсах. Картинка вышла потрясная. А потом представил, как медленно расстёгивается «молния»… Тьфу, хватит! Хватит думать о таких вещах! Мы тут серьёзным делом занимаемся, между прочим.
Натсэ шла следом за мной, держа факел с руной Огня.
– Ничего особенного, – тихо отозвалась она. – Земля до суток помнит проложенный путь, его можно вскрыть любой руной при наличии магической силы.
– Я не о том, – отозвался я. – Я про то, что мы уходим…
– А-а, – усмехнулась Натсэ. – Что, в детстве вам не приходилось убегать из дома, хозяин?
– Ни разу. А тебе? И называй меня Мортом.
Натсэ промолчала, умолк и я. Ну не хочет девушка со мной разговаривать, дело привычное, что поделать…
Снаружи светила луна, такая яркая, что её впору было назвать ночным солнцем. Мы вышли всё из того же холма возле реки и поспешили отойти. Ночью грохот воды казался ещё более яростным.
Натсэ шла впереди быстрым, чеканным шагом. Её свежевыстиранная блузка чуть ли не сияла белизной в лунном свете, а длинные чёрные волосы то и дело перебирал ветер, и казалось, будто за ней ползут таинственные тени.
Я, шагая следом, беззастенчиво любовался Натсэ, будто красивой картинкой. И тем не менее я продолжал её бояться. Ошейник ошейником, но кто ей помешает вырубить меня и сдать стражникам? Я даже перчатки надеть забыл, и красная руна то и дело вспыхивала. Приходилось держать руки под плащом.
Да ей и вырубать-то меня не обязательно, просто шепнёт пару слов первому попавшемуся стражнику… А вот, кстати, и он. Они. Трое, одетых точно так же, как тот, которого убила Натсэ. Должно быть, патрулируют границы, и нам «повезло» нарваться на обход…
Они застыли, все трое, заступив нам дорогу. Натсэ тоже остановилась. Я повёл себя совершенно неправильным образом: остановился у неё за спиной и молчал. Умом понимал, что надо задрать нос, гаркнуть какую-нибудь чушь типа «С дороги, простолюдины, маг Земли идёт!». Но для этого нужно было активировать силу Огня (своих сил мне бы на такую выходку не хватило), а я хорошо помнил наказ Талли хранить тайну.
Мой вид сам по себе трепета стражникам не внушил. Они на меня вообще едва посмотрели. А вот с Натсэ взглядов не сводили. Сперва мне почудилась похоть на их лицах, но, лишь только они заговорили, я понял, что нам придётся иметь дело не с насильниками.
– Она?
– А кто больше? Говорят, шею одним ударом насквозь. Мгновенная смерть.
– Ну, ей я мгновенной смерти не обещаю…
– Ушла за дилс.
– Налетай, ребята, я угощаю!
Один из стражников бросил монетку. Она должна была пролететь над плечом Натсэ и попасть мне в лицо, но Натсэ, вскинув руку, поймала её двумя пальцами – указательным и средним.
– Хозяин, – тихо сказала она, – вы разрешаете мне защищаться?
– Да, – просипел я, – только не…
Не знаю даже, что я хотел сказать. Может, что-то типа «не как в тот раз». Этого так никто и не узнал, потому что Натсэ, похоже, интересовало только первое слово. Она сделала быстрое движение пальцами, выбросила руку вперёд, и крохотная медная монетка пробила горло стражнику, который не успел даже вытащить свой изогнутый меч. Стражник захрипел, вскинул руки, но не успел зажать рану. Глаза его закатились, и он упал лицом в траву.
– Ах ты, тварь! – прогремел крик.
Двое оставшихся стражников, выдернув из ножен мечи, бросились в атаку.
