Да, Рай, - не Земля; и в сознании, в мышцах Тура гнездится неснимаемое напряжение, постоянная готовность к действию. Инстинкт самосохранения, пробужденный в космосе, здесь приобрел особую силу.
Максим глянул в небо, - Золотая застыла в зените, - переменил позу и в этот момент могучая сила подбросила его в воздух и он оказался в воде далеко за пределами лодки. Внутренняя готовность позволила ему избежать потрясения и потери ориентации. Вынырнув, он увидел мечущегося по лодке Леля, - тот не мог справиться с силовым защитным барьером, накрывающим лодку сплошным куполом. Как же он сам-то ухитрился его преодолеть? Вот тебе и универсальная защита! Лодка перестала подчиняться контактору, ведет себя как обычная посудина. Следовательно, зона лагеря экспедиции сократится наполовину, - водная стихия исключается. Рамоне придется положиться на автоматику.
Стараясь тратить поменьше сил, Тур поплыл к лодке. Задумываться над тем, почему УМС не пытается ему помочь, не хотелось. Кожу покалывало мельчайшими иголочками, будто микроструйки проникали глубоко внутрь тела. Свобода и легкость движений сохранялись, как всегда, в любых условиях на этой странной планете. Приблизившись к лодке, Тур перебросил руку за ограждение модуля: рука свободна прошла через защитное поле. Еще одна загадка! Живое здесь пользуется приоритетом, - Лель не смог преодолеть силового барьера, а Тур уже дважды прошел сквозь него, причем первый раз против своей воли. Интересно, каким образом идет опознание живого? Ведь Лель внешне абсолютно, а внутренне почти полностью тождественен живому коту. Человек прошлого века, не знакомый с модульными системами и кодированием информации на субатомном уровне, никак не смог бы отличить Леля от обычного сиамского кота.
А в Раю некая субстанция проделывает такое без труда.
Тур устроился в лодке поудобнее, посмотрел на берег и оцепенел. Из воды в направлении к месту, где он оставил одежду, выходил голый человек. С его белой кожи стекала вода, он оставлял на песке четкие углубления следов.
Фантом!? Но не прозрачный, не бестелесный. И создан не в воздухе, а в воде! Похоже, открывается новый этап во взаимодействии планеты и людей. Или просто в узнавании? Нельзя терять ни минуты! Максим дал лодке команду на движение. В момент, когда она подошла к берегу, вышедший из воды надевал на себя одежду Тура. Движения его были неуверенными, угловатыми. Опасаясь, что ему останется искать набедренную повязку, Максим увеличил скорость УМС, обратившейся в вездеход. Неизвестный подержал в руках комбинезон, оглянулся, увидел приближающегося Тура, бросил комбинезон обратно на песок и побежал в сторону леса. Мелькнувшее на секунду лицо его показалось знакомым. Максим решил не гнаться за призраком а, опередив его, встретить лицом к лицу. Возможно, из этого эксперимента что-то получится.
Пока УМС поднималась в воздух, Максим успел натянуть на голое тело комбинезон и обрел полную готовность к решительным действиям. Хватит плестись в хвосте событий и искать объяснений, надо хоть раз попытаться прервать кольцо загадок. Интуиция подсказывала: фантом стремится в лес, чтобы через него незамеченным подобраться поближе к базовому лагерю и, возможно, проникнуть него. Защитные поля остановить его не могли.
Тур опустил УМС на небольшую полянку, через которую незнакомец обязательно должен пройти, прислонился спиной к дереву, напоминающему цветом коры земную сосну и стал ждать. Лель в это время передавал информацию в лагерь. Фантом, одетый в нательное белье Тура, вышел прямо на него и остановился в пяти шагах. Движения его приобрели пластичность, но лицо походило на застывшую маску.
Несколько долгих минут они смотрели друг на друга. Вскоре на лице фантома зашевелились мышцы, и оно обрело жизнь. И тогда Тур узнал самого себя, как увидел в зеркале. Вот и исполнилось предсказание Алексея Кондакова.
Глаза его двойника, созданного океаном, наполнялись смыслом, он неуверенно растянул губы в улыбке. Тур с долей отрешенности подумал, что со стороны он выглядит менее привлекательно, чем в зеркале, когда видит себя сам. Даже совсем непривлекательно. Черты лица грубые, глаза слишком большие, брови уж очень густые, глубокие морщины от крыльев носа к углам губ. Руки, торс, - не много ли мышц? При каждом движении они проявляют себя желваками, буграми, холмами. Неприятная картина... Резким движением двойник отвел упавшую на глаза каштановую прядь и что-то промямлил. Он хотел говорить, но не знал, как это делается. Тур знал, как это делается, но не знал что сказать. Наконец он решил начать с самого простого.
Указав рукой себе на грудь, Максим сказал:
- Я, - Максим Тур. Ты, - мое отражение. Я, - человек Земли. Ты, - родился здесь.
Говоря "ты", он протягивал руку в сторону двойника.
