- Естественно, у тебя, Максим, с Виталием разные картины мира. А у двойника, если только за ним что-то есть, картина мира может во всем не совпадать с любым из наших отражений действительности. Допускаю, Нечто расчленяет мир по-иному, его математика не похожа на нашу. И человек просто не вписывается в его видение мира, как и она в наше. Потому мы невидимы друг для друга. Мы изучаем собственные раздражения, как слепой ощупывает стены комнаты, куда впервые попал.
Туах взял Адамова за локоть и подвел его ближе к двойнику, в этот момент обратившему внимание на "Ожидание гармонии".
- А при нашем желании Контакта риск обнаружить телеосистему в простом наборе случайностей весьма велик. И постоянно растет. Мы как психи, - ведем внутренний диалог и думаем, что рядом, - собеседник.
Туах помассировал пальцы обеих рук и сказал:
- Вы даете информацию, передаете знаки-заместители выбранных вами же объектов картины мира, и ждете в ответ подобной же упорядоченной информации в виде, готовом для усвоения. Но прежде чем играть в шахматы, надо научиться этой игре обеим сторонам.
Туах обратился к Туру с вопросом:
- Как же можно обучить игре в шахматы партнера, если его перед тобой нет? Ни его самого не видно, ни голоса не слышно. А только нечто неуловимое, указывающее на присутствие... Шорох за спиной, сквознячок чуть ощутимый, да сомнения в том, не ушел ли он из комнаты. Да и был ли в ней вообще? Трудно искать кошку в темной комнате, когда ее там нет.
Адамов поправил кобуру.
- Мне надо идти. Я пришел сюда затем, чтобы сообщить главному координатору Туру результаты анализа бура от Виктории.
- Долго она этим занималась. Вот, сейчас будет новая загадка. Уверен, - Тур подошел поближе к Адамову.
- Шорох за спиной, сквознячок? - улыбнулся Иван.
- Может и так. Говори, Виталий, иначе эти два иноземца нас с тобой окончательно запутают.
Адамов оторвал руку от кобуры, расправил складки комбинезона на поясе.
- Срез идеален. На субмолекулярном уровне. Механическим путем такое нельзя сделать. Результат высокой технологии. Выше земной, если учесть скорость обработки и отсутствие всяких следов.
- Вот, опять технология! Ищите технологию! А ее нет! Эрго, - необъяснимо. Нет технологии, - нет разума. Так, что ли, Иван? - Тур оглядел поочередно всех требовательным вопросительным взглядом.
- Рамона отмечает необычайную активность бактерий. Их в почве океан. Может, это их рук дело? - Щербатов снял картину со стены и отнес на прежнее место.
- Руки у твоих с Рамоной бактерий уж очень длинные. Нашли-таки субъектов-носителей разума! Разумную единицу, бесконечно приближенную к нулю, - чувствуя наплыв раздражения, Максим снова обратился к Адамову, - Мы тут побеседуем еще втроем-вчетвером. А ты иди, если торопишься. Передай Ефрему, я из лаборатории сразу к нему.
Адамов кивнул и вышел.
Щербатов, похоже, не заметил даже, как открылась и закрылась дверь, углубляясь в свои мысли вслух.
- А почему бы и нет? Разумность системы при неразумности элементов, ее составляющих... Такое не исключается. Тогда нужен контакт с системой в целом. Но прежде опять-таки надо представить, увидеть целое. Мы же пока наблюдаем отдельные реакции незнакомого нам мира, не связанные между собой.
Щербатов остановился перед двойником Тура, пристально наблюдая за выражением его глаз. Мысль Ивана продолжил Туах.
- Способы мышления и способы обмена информацией, то есть язык, не обязательно тождественны или адекватны. Между ними может быть глубокая пропасть. В сложной неоднородной среде мы можем иметь бесконечное число разнообразных реакций. Как отличить в реакциях естественное, природное от целесообразного? Универсального критерия отбора просто нет.
- Следовательно, мы опять вернулись к отсутствию критерия разумности, - заметил Тур.
- Бесконечность рождает и немыслимое. Нам повезло, мы сразу столкнулись с подобным себе. Могло быть и загадочнее, как на картине Ивана.
Щербатов отвернулся от двойника и сказал:
- Не видя носителя разума, не имея о нем никаких данных, установить с ним связь для человека нашего уровня развития принципиально невозможно. Наш опыт показал, что проблема не разработана.
- А взрослого человека нельзя обучить языку новорожденного или грудного младенца, - добавил Туах.
Максим Тур вернулся в надоевшее ему кресло и предложил:
- У меня, знаете, есть... Давайте выберем какую-то позицию. Пусть она будет нелепой, абсурдной. Но на чем-то остановиться надо! Мы бросаемся от одной гипотезы к другой, сплошной хаос. Все наши умные машины бесполезны. Так давайте забудем о них. Забудем обо всем, кроме себя. Ведь человек без созданных им машин разве не человек уже? А если он только тогда и становится настоящим носителем Разума?
- Максим, Гровс тебя не слышит. А то бы.., - усмехнулся Иван.
Туах же поспешил поддержать предложение главного координатора.
- Но разве не интуиция превыше всего? Потеряй Тур свой дар, в чем он многих превосходит, это был бы уже не Тур, а другой человек. Простой двойник. Как тот, что сидит и глубокомысленно вращает глазами. Или вы считаете, что и механизм интуиции можно скопировать?
