В самом конце июня консул Гней Маллий Максим отправился в долгий поход на северо-запад, включив в свиту двоих своих сыновей. Двадцать четыре военных трибуна, выбранные в этом году, были распределены по семи из десяти его легионов. Секст Юлий Цезарь, Марк Ливий Друз и Квинт Сервилий Цепион Младший отправились с ним. Взяли и Квинта Сертория – в качестве младшего военного трибуна. Из трех легионов италийских союзников самым многочисленным и лучше других подготовленным был легион, присланный марсами. Им командовал двадцатипятилетний сын знатного марса Квинт Поппедий Силон – конечно, под надзором римского легата.
По настоянию Маллия Максима взяли с собой закупленного государством зерна столько, чтобы его хватило на питание всей армии в течение двух месяцев. Поэтому продовольственный обоз был огромен, и армия двигалась медленно. Спустя шестнадцать дней она даже не добралась до Адриатики у Фан-Фортуны. Решительные и страстные речи легата Аврелия в конце концов смогли убедить Максима оставить обоз под охраной одного из легионов, а остальные девять и конницу бросить вперед, взяв с собой только легкий груз. Трудно было доказать Маллию Максиму, что его войска не умрут от голода, прежде чем доберутся до Родана, и что рано или поздно основной груз благополучно прибудет на место.
Двигаясь на сближение гораздо более коротким путем по суше, Квинт Сервилий Цепион добрался до широкой реки Родан раньше Маллия Максима. Он взял с собой семь из восьми своих легионов – восьмой он отправил по морю в Ближнюю Испанию. И никакой конницы. Ее он распустил в прошлом году – за ненадобностью и из-за дороговизны. Несмотря на приказания Максима и настояния легатов, Цепион долго отказывался выступать из Нарбона, пока не придут долгожданные известия из Смирны. К тому же он был не в духе и постоянно возмущался равнодушием сената, который надеялся, что он, Цепион, уступит верховное командование какому-то выскочке. Но в конце концов ему пришлось выступить в поход, не дождавшись письма из Смирны. Он оставил в Нарбоне подробные инструкции о том, чтобы таковое переправили, как только получат.
Даже несмотря на задержку, Цепион добрался до места назначения гораздо раньше Маллия Максима. В Немаусе, небольшом торговом городке на западном краю обширных соленых болот дельты Родана, его встретил курьер сената, который передал ему новые приказания.
Цепиону и в голову не приходило, что его возмущенное письмо (о знатности рода Сервилиев) не тронет государственных мужей. Развернув свиток и прочитав краткий ответ сената, он был взбешен. Невероятно! Он, патриций Сервилий, должен исполнять прихоти Маллия Максима, какого-то простолюдина? Никогда! Никогда!
Римская разведка сообщила, что германцы направились на юг через земли кельтов-аллоброгов, закоренелых ненавистников Рима. Аллоброги попали в непростую ситуацию: Рим – это враг, которого они знают, германцы – враг пока неведомый. Братство друидов вот уже два года твердило всем галльским племенам, что в Галлии нет места, где могли бы поселиться германцы. Конечно, аллоброги не собирались уступать слишком много земли народу, во много раз численно их превосходящему. К тому же рядом жили эдуи и амбарры, и известно было, в какие пустоши превратили германцы земли этих запуганных племен. Поэтому аллоброги отступили к предгорью своих любимых Альп, стараясь как можно больше измотать германцев.
В конце июня германцы вторглись в римскую провинцию Заальпийская Галлия севернее Виенны и, не встретив сопротивления, хлынули вперед. Вся масса – более чем три четверти миллиона людей – двигалась вдоль восточного берега Родана.
Узнав об этом, Цепион свернул с Домициевой дороги и, вместо того чтобы идти через болота дельты по дороге, построенной Агенобарбом, повел свою армию на север по западному берегу, так чтобы река оставалась между ним и германцами. Было это в середине секстилия.
Из Немауса он сразу же послал в Рим курьера еще с одним письмом для Скавра, где заявлял, что не будет выполнять приказы Маллия Максима и это его последнее слово. После такого письма ему оставался один путь – по западному берегу.
На восточном берегу Родана, в сорока милях к северу от места, где Домициева дорога пересекала реку, находилась римская фактория, имеющая важное значение. Называлась она Аравсион. А на западном берегу, в десяти милях от Аравсиона, встала лагерем армия Цепиона – сорок тысяч пехотинцев и пятнадцать тысяч нестроевых. Здесь Цепион ждал появления Маллия Максима на противоположном берегу. А еще он ждал ответа на свое последнее послание сенату.
Маллий Максим появился раньше, чем ответ из сената, в конце секстилия, и расположил пятьдесят пять тысяч пехотинцев и тридцать тысяч нестроевых в мощно укрепленном лагере у берега реки, в пяти милях севернее Аравсиона, чтобы использовать реку и как средство защиты, и как источник воды.
