Оставшиеся до бала дни я откровенно унывала и, чтобы не портить маме настроение своей физиономией, большей частью отсиживалась в комнате. Наедине с собой в четырех стенах становилось совсем невыносимо. Казалось, жизнь разваливается на части. Вместо вполне конкретных и ясных целей и способов их достижения пришла мутная неопределенность и размытые, не до конца понятные мне самой желания. В общем, я раскисла и расклеилась, а вынужденная изоляция усугубила состояние. До такой степени, что предстоящему балу я была даже рада! Если бы еще не ожидающиеся толпы малознакомых и совсем незнакомых приглашенных, необходимость держать лицо, напялить улыбку и старательно изображать принцессу. А для всего этого вытерпеть издевательства служанок и помощниц модистки.
– Я надену золотистое, но без нижней юбки и кринолина. Нет. Не люблю пышное, и мне нравится, как оно струится. – Отстаивать свое приходилось буквально с боем. – Оставлю распущенными. Они все равно слишком короткие. Не надо. Мне так нравится. – И последний аргумент: – В конце концов, это мой день рождения и бал в мою честь!
– Конечно, милая, – улыбнулась зашедшая ко мне мама. – Я даже не буду настаивать. Все равно из Академии почти никого не будет, чтобы тебя узнать, а если ты решила окончательно сменить образ Валенсии на…
– Подожди. Что значит «почти никого»?
– Ректор Дангир, разумеется, приглашен. Он не последнее лицо в королевстве, мы не могли его не пригласить. Тем более он все равно знает, кто ты. Ну и Анир. Учитель Зелт не дал точного ответа, он, кажется, в отъезде сейчас.
– Что? И Анир тоже приглашен?
– Что-то не так? Вы разве не познакомились в Академии?
– В том-то и дело! Ладно, давайте вашу магию и длинные волосы, – повернулась я к помощницам. – И макияж.
Мама улыбнулась, явно превратно истолковав мое решение. Уж точно не прихорашиваться перед драконом я собиралась, а маскироваться!
Что сказать? В результате стараний умелых девушек и особому зелью, которое мгновенно впитывалось в кожу головы, не оставляя никаких следов, мое каре действительно превратилось в красивые сияющие локоны, прихваченные сзади драгоценной заколкой, а сама я… ну, превратилась в принцессу. Опять. А ведь, оказывается, я успела привыкнуть быть простой студенткой! Никуда не бежать и не менять бесконечно личины.
И все-таки платье мне шло. Смуглая кожа словно мерцала в его обрамлении, глаза подозрительно блестели, а на лице притаилась улыбка. Удивительно.
Гости прибывали, я заученно улыбалась и источала доброжелательство. К счастью, необходимость личной встречи всех и каждого прописана не была, и родители быстро отпустили меня танцевать, а чуть позже ступили на паркет и сами. Официальная часть поздравлений и представления меня собравшимся началась позже, когда церемониймейстер дал дариям знать о последних прибывших.
Родители заняли троны, и после их короткой речи я торжественно вышла из-за импровизированных кулис. И тут же натолкнулась взглядом на знакомые ярко-голубые глаза. Изумленные, неверящие. Я сразу отвела взгляд в надежде, что мне лишь показалось, что Анир не узнал меня.
– Анир, как я рада! – радушно улыбаясь, позвала его мама. – Ты так и не заехал к нам.
– Простите, – чуть поклонился он. – Я тоже очень рад.
– Ты изменился, – заметил отец. – Так возмужал, стал серьезным.
Да уж, Анир действительно будто закаменел.
– Он всегда был серьезным! – не согласилась мама. – Но теперь, конечно, перед нами настоящий мужчина и сильнейший маг. Мы скучали, Анир. И не только мы.
Мама повернулась ко мне, и на мгновение мне показалось, что она скажет обо мне, вот так запросто выдаст. Но я ошиблась. Все из-за тех же кулис на большой подушке вынесли маминого любимца – шестилапого белоснежного Кушака.
– Помнишь его? – улыбнулась она.
– Кушак, дружище! – Кажется, Анир действительно обрадовался, даже улыбка на этот раз вышла искренней. – Как можно его забыть? Этот мохнатик был рядом в самые трудные времена.
– Верно, когда тебе было плохо из-за дара провидения и потом, из-за силы Армагара, он оставался с тобой.
– А потом вдруг стал отстраненным и беспокойным, бегал по дому учителя и верещал до тех пор, пока тот не понял, чего зверек хочет. Вернее, куда. К своей спасительнице и хозяйке. Да, малыш? – спросил Анир, поглаживая Кушака. – Здесь ты стал нужнее?
– Да, когда Адриана забеременела, – пояснил отец. – С тех пор не отходил ни на шаг. Да и Валенсия выросла под его чутким присмотром. Правда, дочь?
Я украдкой бросила взгляд на Анира и чуть кивнула. Узнал или нет? Вон и отец ухмыляется, явно понимая, что мы с драконом давно знакомы…
– Нет, нет, нет, в такие моменты я чувствую себя жутко старой. И толстой! – обиженно шепнула мужу мама.
Тот хмыкнул, потом ласково приобнял ее и погладил по ладони. И мама тут же залучилась, словно бы засветилась изнутри. Кошмар просто.
– Что же вы, не робейте, музыканты уже вовсю стараются, – улыбнулся нам отец. Нам! Явно намекая на совместный танец. И Анир, разумеется, не посмел перечить королю. Подал мне руку галантно, даже поклонился!
