– И это я тоже сделала специально, да? – горько усмехнулась я. – Ну извини. Больше не буду подходить к тебе, дабы случайно не коснуться.
Ладонь все еще покалывало, а в душе творился настоящий раздрай. Я пнула отцовский стол, ушибла ногу и, судя по золотистой вспышке, снова ударила магией и что-то сломала.
Не успела толком испугаться собственной бесконтрольной силы, когда сзади подошли и обхватили за плечи.
– Тише. Прости.
Я замерла и тихо выдохнула:
– Ты ничего не сделал. А я…
– А ты не стала бы творить безумства без веской причины.
– То, что для одного «веская причина», другому может показаться пустяком. Глупостью. Преступлением… – Последнее добавила едва слышно. И, побоявшись сказать еще что-нибудь лишнее, перевела тему: – А теперь еще и отец определенно не обрадуется разгрому.
– Это? – хмыкнул Анир, вероятно разглядывая сломанный ящик отцовского стола и торчащие из него бумаги. Некоторые порядком обуглившиеся! – Насколько я успел понять, отец прощал тебе и не такое.
– Эй! – до глубины души оскорбленная, я резко развернулась и буквально уткнулась носом Аниру в грудь. Сдвинуться хоть на шаг он и не подумал! – Не ты ли только что проникновенно делился своим осознанием моей разумности?
Анир рассмеялся.
– Одно другому не мешает. – Анир еще разок весело хмыкнул, а потом снова сделался серьезным, почти мрачным. Взял меня за плечи, заставляя смотреть на себя, и сказал: – Я действительно осознал, Тина. Я вижу ситуацию однобоко, а ты, вероятно, недостаточно доверяешь мне, не считаешь достаточно близким, чтобы поделиться. Я мог бы помочь.
Он коснулся моего лица, провел по скуле и чуть приподнял за подбородок. Глядя в синеву словно бы подсвеченных изнутри глаз, я почти не дышала и откровенно боялась выложить ему все прямо здесь и сейчас. Ведь он прав, на самом деле я давно не считаю его чужим…
Анир же, похоже, думал совсем о другом. Рука его скользнула мне под лопатки и прижала еще ближе, наши губы почти соприкоснулись… Щелчок, и в кабинете ярко вспыхнул свет, а мы с Аниром с поразительной быстротой отскочили друг от друга.
– Ваше величество, – поклонился дракон вошедшему королю.
– Ты тут, дочь, хвала богам! – выдохнул папа с явным облегчением и подозвал к себе Анира.
Я же, пока они отошли, метнулась к столу и сначала ногой, а затем и присев, стала запихивать вывалившиеся бумаги обратно в ящик. Края некоторых буквально осыпались в руках. Вглядевшись в одну из тетрадей, я пыталась понять, насколько ценные материалы погубила. И застыла, поняв, что именно держу в руках. Записи отца о перемещениях! Какие-то заметки, формулы, рисунки вермов. Невероятно! Впрочем, удивительного мало, ведь до того, как взойти на трон, он был один из Ходящих Гильдии и перемещался между мирами.
– Тина! – окликнул отец.
– Да-да! – вскочила я и за неимением лучшего спрятала бумаги у себя за спиной.
– Тебе нехорошо? Вызвать лекаря? – забеспокоился он.
– Все прекрасно! Просто… обронила кое-что.
Вошедшая мама избавила меня от необходимости выдумывать что-то еще.
– Доченька!
– Мама, я в полном порядке! Я почти все время была здесь.
– Даже здесь, боюсь, теперь небезопасно. Анир, я прошу тебя присмотреть за нашей дочерью.
– Конечно, – дракон кивнул и спросил: – Возможно, я смогу чем-то помочь во дворце?
– Нет-нет, доставь Тину обратно в Академию и будь рядом.
Прощание вышло смазанным. Я растерянно обняла родителей, потом собрала какие-то вещи. Немного, чтобы унести в руках. Туда же, между рубашкой и брюками (зачем мне в Академии платья?), спрятала добытые записи отца. И все это время попутно пыталась осознать происходящее. Получалось плохо. И надеялась я только на то, что доставит меня Анир не прямиком в камеру.
– Полагаю, обвинения с тебя сняты, но проверять, дошли ли сведения об этом в ректорат, мы, пожалуй, пока не будем, – заявил Анир, накидывая мне на голову капюшон.
– И как же тогда?
– Поживешь пока у меня в башне.
– Ты серьезно?
Я вдруг вспомнила сказки, земные, которые, смеясь, иногда пересказывала мама. В них частенько речь шла о всевозможных принцессах, а еще встречались башни и драконы. Смех так и рвался наружу.
– Тина, у них могут возникнуть вопросы, – осадил меня драконище серьезно. – К тому же ты даже не переодела платье. И… вот это все. – Он неопределенно взмахнул рукой.
– Образ принцессы, ты хочешь сказать. Да, что-то я сглупила.
– Ты растерялась. И, Тина, ты очень красивая, – сказал он проникновенно, запнулся и только после паузы добавил: – Но нам все же не стоит привлекать внимание.
– Конечно, ты прав. И… – Я замешкалась, но все же призналась: – Если ты думаешь, что та, обычная, Тина – это образ для моего инкогнито, то… Это не так. Та я куда более настоящая, чем куколка в пышном платье. Пусть и красивая.
– Тина, ты… Пойдем-ка.
Он взял меня за руку, видимо для надежности, и повел путем, которым обычно пользовался обслуживающий персонал Академии. А когда мы наконец поднялись, пропустил вперед, пометался немного из стороны в сторону и сказал:
