– Мой ярл, я готов следовать за тобой! – прохрипел Клепп, направляясь к своему вождю. Подождав, пока могучий берсерк окажется рядом, ярл Эйнар повернулся лицом к лесу, поднял вверх руку, отдавая команду к движению, и замер, увидев, что от самого большого отряда горожан к ним направляются три человека. Впереди шёл высокий широкоплечий сухощавый старик в железной кольчуге, богато отделанной золотыми и серебряными украшениями. Он был без шлема и оружия, только на поясном кожаном ремне в ножнах висел короткий нож. Длинные седые волосы, слипшиеся от пота, прикрывали половину лица, шаг его казался тяжёлым, но величественным. Отставая на два локтя, за ним шла пара кряжистых бородачей средних лет, тоже без шлемов и оружия. Подойдя к колонне викингов на расстоянии двадцати локтей, старик размеренно, громко и важно заговорил о чём-то на непонятном ярлу языке.
– Кто знаком с этим языком? – ярл повернулся к своим викингам.
– Это язык русов! – к ярлу быстро приближался викинг Сигурд. – Я несколько лет провёл в плену у них и всё понимаю. Это вождь, самый главный в городе, его зовут Кагель. Он предлагает прекратить бесполезную резню и договориться разойтись мирно на выгодных нам и горожанам условиях.
– Что ж, пойдём к ним, – ярл, сбросив на песок оружие, неспешно двинулся навстречу старцу. За ним, также положив на песок секиру и щит, последовал Сигурд. Следом за ярлом двинулся Клепп, всё ещё сжимая в руках мечи.
– Клепп, мы идём не биться, а договариваться, оставь оружие! – правый глаз ярла недовольно прищурился.
– Мой ярл, – прорычал Клепп, – одно твоё слово, и я задушу наших врагов голыми руками! – лицо великана исказилось гневом, он всё ещё никак не мог выйти из состояния битвы.
– Нам это не понадобится, Клепп, они не хотят больше проливать свою и нашу кровь, – проворчал ярл и, даже не оборачиваясь, продолжил движение.
Горообразный Клепп потряс головой, прогоняя стоящее перед глазами кровавое марево, вонзил оба клинка в песок и поспешил за своим вождем.
И вот они встретились и встали друг напротив друга: ярл и вождь горожан. Спокойно и не спеша каждый всматривался в глаза и лицо своего врага.
Первым заговорил старец:
– Меня зовут Кагель. Я предлагаю тебе, чужестранец, и твоим воинам три большие лодки, запас воды и пищи на пять дней с условием, что, когда всё будет погружено, вы немедленно уплывете отсюда и навсегда покинете эти земли. У нашей реки много рукавов и проток, вы сможете где-нибудь осесть, построить себе поселок, но только не в основном её русле. Дальше, на восход солнца, вдоль матёрого морского берега будет ещё несколько рек, вы можете обосноваться и жить там. У тебя больше нет кораблей, мало воинов, поэтому ты не сможешь победить нас и захватить город. А по берегам других рек нет многолюдных городов и крепостей, и всюду проживают охотничьи племена, которые ты быстро усмиришь, заставишь работать на себя и будешь жить там спокойно.
Сигурд быстро и без выражения переводил слова старца.
– Твои слова достойны сильного и мудрого вождя, – ярл подергал свою бороду. – Но не думаешь ли ты, что мы можем согласиться на твое предложение, отплывём, а ночью или рано утром вернёмся и сожжём твой город? Мы потеряли здесь всё, а поэтому нам больше ничего не остается, как биться до конца.
По мере неторопливого перевода Сигурда на лице старца появилась улыбка.
– Чужеземец, мы видели твою дружину в битве. Вы все великие воины, у вас жесткая дисциплина. Мне кажется, данное тобой слово так же крепко, как твой меч. Ты не допустишь бесчестия и не нарушишь клятву, которую принесёшь мне. Я тоже дам клятву никогда не нападать на тебя и твоих будущих союзников среди племен-охотников. Мы должны будем жить по соседству в мире, не предавая друг друга.
– Ты правильно рассуждаешь, Кагель! – ярл Эйнар тоже улыбнулся.
Старец продолжил:
– Мы оба потеряли слишком много людей, чтобы вести бессмысленную и ненужную войну, истребляя друг друга. Живым нужно жить! Какой смысл вам всем умирать здесь? Или ты уже успел так быстро потерять надежду отомстить своим врагам, от рук которых погибло столько твоих воинов? А может, это были друзья? Почему же они тогда тебя предали? А что вы будете делать, если драккары вернутся? – при этом на лице Сигурда, переводившего речь старца, отразилась гримаса горечи.
– Иногда друзья бывают хуже врагов. Я это вижу, – улыбка появилась на лице ярла. Он поднял руки, расстегнул замочек толстой золотой цепи на своей шее. В центре её висели две золотые гривны с изображением драккаров, а между ними небольшой золотой молот, усеянный драгоценными камнями.
– Пусть этот молот Тора скрепит нашу дружбу. Когда твои посланники придут к нам на новое место, где мы обоснуемся, а я уверен, что так и будет, он обеспечит им радушный и достойный прием. Это мое слово и моя клятва!
В ответ старец неспешно снял висевшее на тонкой золотой цепочке поверх кольчуги на его груди плетённое из нескольких золотых нитей плоское кольцо с изображением солнца в середине.
