– Он не дикарь! – запальчиво отозвалась Рут. – Он…
Не договорив, она замолчала.
– Конечно, конечно…
Мэг вновь улыбнулся.
– Ты даже не представляешь, что творилось в его настоящем времени! За неполных сто лет они угробили себе подобных больше, чем за всю предыдущую историю человечества, включая и времена этих первобытных полуобезьян. Ты представления даже не имеешь…
– Я имею представление! – перебила его Рут. – И потом, не надо утрировать! Он ещё никого не убил… если это и в самом деле парализатор…
– Это парализатор, – успокоил девушку Мэг, – но ведь он не имеет об этом ни малейшего представления… тут ты, надеюсь, не станешь возражать. И для него это убийства, самые настоящие убийства. И, кстати, тогда, в пещере, он убивал всерьёз!
– Тогда, в пещере, его убивали всерьёз, – напомнила Рут.
– Ну а то, первое убийство! Своего товарища… Я понимаю, конечно, вынужденная мера, самооборона… и все-таки…
Рут ничего не ответила. С беспокойством, с тревогой даже смотрела она на экран…
Вождь не упал, он буквально рухнул у самых моих ног, да и застыл так, тёмной волосатой тушей, напоминающей, скорее, поверженного медведя или дикого кабана, нежели существо, близкое к человеческой природе. Огромная его дубина валялась тут же… наклонившись, я постарался её поднять. Поднять то поднял… но это единственное, что я смог с ней сделать. Даже просто взмахнуть ей над головой оказалось для меня непосильной задачей…
И я невольно представил, что было бы со мной, не окажись в руках моих этой пистолетоподобной штуковины, неизвестно откуда взявшейся…
А действительно, откуда она взялась?
И вновь какая-то неведомая, но властная сила не дала мне даже возможности хоть как-то, хоть более-менее серьёзно задуматься над этим вопросом. И вообще, было такое ощущение, что значительная часть моего мозга прочно и наглухо блокирована…
…кем-то или чем-то блокирована, и я…
…я всё никак не мог достучаться до блокированной этой части, но почему-то…
…почему-то (а, может, именно по этой самой причине) совершенно этому не удивляюсь, принимая…
…принимая как должное это, невесть откуда свалившееся на меня покровительство…
Чьё покровительство?
Меня в данный момент это совершенно даже не волновало. Волновало меня отсутствие тут Лерки…
Где она? Что сделали, что сотворили с ней эти твари?
Со всевозрастающим беспокойством поглядывая на явно клонившееся к закату дневное светило, я вновь и вновь внимательно осматриваюсь по сторонам, но, кроме…
…кроме неподвижно застывших в самых разнообразных позах волосатых туш, ничего так и не обнаруживаю. Потом внимание моё привлекает…
…привлекает что-то, не совсем обычное, метров этак в десяти в стороне от костра. Заинтересованный, я делаю…
…делаю несколько шагов в том направлении и…
…и застываю, словно оглушённый. Передо мной…
…куча костей, обожжённых, расколотых вдоль, но явно человеческих. А вот и череп, тоже расколотый на части. А чуть поодаль…
…я вдруг увидел обрывки одежды, и тотчас же узнал её, эту одежду…
Такого цвета была кофточка у Наташи!
– Гады! – прошептал я, весь дрожа от бессильной ярости и самой полной невозможности хоть что-то исправить или изменить. – Сволочи! Твари!
Я стрелял, снова и снова стрелял в неподвижно застывшие эти туши… и ни на мгновение не оставляла меня почему-то потаенная мысль о том, что всё это как-то слишком уж не по-настоящему, как-то бутафорски, что ли… От моих «выстрелов» не хлестала из ран кровь, ни единой даже капли крови не вытекло из поверженных волосатых туш, и они так и оставались…
…так и оставались спокойными и неподвижными, и, казалось…
…казалось, они просто смеются тайком, совершенно недоступные…
…моей слепой ярости…
Но ярость эта настоятельно требовала хоть какого выхода, и тогда я вспомнил про нож…
– Останови его! – с отчаяньем закричал Мэг. – Останови сейчас же!
– Я не могу!
В голосе Рут тоже было одно сплошное отчаянье.
– Я не могу с ним даже связаться! Его сознание как бы заперто, я не могу достучаться до него!
– Жаль, – мрачно, но уже почти спокойно констатировал Мэг. – Впрочем, это уже ровным счётом ничего не изменит. Он их всех, кажется, уже прикончил…
Он вздохнул и добавил ещё более мрачно:
– А теперь Ник прикончит меня…
Рут бросила на него быстрый взгляд.
– Тебя именно это беспокоит в первую очередь?
– А тебя нет? Такое вмешательство в прошлое… это я понимаю! Это тебе не бабочку раздавить…
Теперь, когда кровавый туман в глазах понемногу рассеялся и я вновь обрёл способность соображать, если и не вполне здраво, то уже, во всяком случае, более-менее связно…
А впрочем, какое там соображать! Я просто…
…просто пришёл в себя и увидел, что…
…что стою я посреди поляны с окровавленным ножом в руке, и всего меня…
…всего меня колотит-колошматит какая-то мелкая и непрерывная дрожь, и что…
…что зубы мои плотно, до боли сжаты судорогой…
Что-то постороннее вновь предприняло попытку проникнуть в мой мозг, и вновь безрезультатно… а, может, это просто моё болезненное воображение и ничего кроме…
Может, вот так вот и начинают сходить с ума?
Или продолжают сходить с ума?