Из просторной высокой прихожей они прошли в кухню. Клячкин заметил, что дверь в комнату тоже сделана из стали. Такого он никогда ещё не видел.
Ротвейлеры шли следом.
— Тебе что, отстреляться не из чего? Зачем столько дверей нагородил?
Металлист не обратил внимания на его слова.
— Выпить хочешь?
Клячкин прислушался к себе.
— Пожалуй. Вермута со льдом и лимоном. Или хорошей водки с маринованным огурчиком. И какой-нибудь бутерброд не помешает…
— А девочку? — подмигнул Металлист.
Он был похож на научного сотрудника, художника или поэта. И кухня обставлена с фантазией и вкусом.
Услышав шаги, Клячкин повернулся.
— Здрасьте.
На пороге стояла симпатичная девушка с подносом в руках. Поднос был уставлен бутылками. Но Клячкин не смотрел на выбор спиртного — только на девушку. На ней были красные туфли на «шпильках», красные бусы и чёрные колготки, надетые прямо на голое тело, так что волосы лобка кое-где вытарчивали сквозь нейлон.
Металлист всегда любил эффекты. Когда он занимался валютой, то, оттягиваясь вечером в кабаке, засовывал червонцы в золочёные раструбы саксофонов. А наряд! Зелёный велюровый пиджак, кирпичного цвета рубашка, ярко-красный галстук, жёлтые мокасины и замшевые в мелкий рубчик штаны. Завершала картину крохотная кожаная кепочка ярко-жёлтого цвета.
Суровость и конспиративность нынешнего бизнеса, очевидно, компенсировалась домашними эффектами. Но ему всегда нужны были зрители. Хотя бы один зритель.
— Хорошая заготовка, — похвалил Клячкин. — Ну-ка, милая, пройдись…
Целая ночь общения с Ириной сделала своё дело: голос его звучал уверенно и чуть снисходительно, ни дрожи, ни хриплости.
Девушка поставила поднос на стол. Конической формы груди упруго качнулись. У неё была не слишком выраженная талия, сглаженная линия бёдер, «шпильки» выгодно удлиняли крепкие ноги. Клячкин вспомнил пыльный просторный чердак со спрятанным в разных местах, но уязвимо-бесхозным богатством, и мысли переключились с опасного курса.
— У меня к тебе дело.
— Дела подождут. Лариса обожает групповуху.
Девушка улыбнулась. Похоже, Металлист не шутил и в этот раз.
— Такие партнёры меня не вдохновляют. — Клячкин указал на ротвейлеров. Псы сидели в двух метрах сзади и не сводили с него глаз. — Нужна железка.
Металлист прищурился.
— Откуда ты свалился? И сразу — быка за рога… Так дела разве делают?
Клячкин хотел ответить, да запнулся и посмотрел на девушку.
— Лара, подожди меня в спальне.
Девушка скривила губы и вышла.
— Ты знаешь, что я оттянул четыре года. Сейчас вошёл в серьёзный бизнес, нужен ствол. Сколько лет мы с тобой знакомы? То-то! Зачем же ходить вокруг да около?
Металлист плеснул в два стакана виски, чокнулся, выпил.
— Какие параметры тебя интересуют? Размеры, вес, условия применения? Я посоветую, что выбрать.
— Я и так знаю. «Вальтер ППК», семь шестьдесят пять.
— Ты меня успокоил.
— ?!
— Подставной не просит конкретную модель.
— Ты шизанулся? — Клячкин испытующе посмотрел на собеседника.
— Жизнь изменилась. Ничего не поймёшь. Кто угодно может подлянку сделать. Ну да насчёт тебя я пошутил.
— Правда? А непохоже.
— Я всегда непохоже шучу. Сам понимаешь, дома ничего не держу. Зайдёшь завтра.
— Правильно. Твои друзья дадут мне по башке и заберут деньги.
— Это ты шизанулся!
— Нет, просто тоже пошутил. Завтра я уезжаю.
Металлист задумался.
— Кажется, я ещё не отдал одну штучку… Знаешь, сколько стоит?
— «Макар» — «лимон».
— Сравнил! Полтора…
— С «маслятами».
— Шутишь? Это большой дефицит. Пятьдесят за каждый. А в счёт полутора дам хорошую кобуру.
Клячкин молчал.
— …И гранату.
— Зачем мне граната?
— «РГД-5» — отличная вещь! Бросишь в окно машины и стой спокойно рядом — ничего тебе не сделается. А как здорово на психику действует! Только покажи — любая «крутизна» отскочит.
— Уговорил.
— Сколько «маслят»? — Металлист деловито и привычно уточнял детали сделки.
— А запасная обойма есть?
— Размечтался.
— Тогда семь.
— Хватит?
— Мне не воевать.
— Ладно. — Металлист встал. — Для порядка — покажи деньги. С тебя один восемьсот пятьдесят.
Клячкин усмехнулся и извлёк из внутреннего кармана стопку банкнот. Металлист кивнул и вышел. Псы остались и, как показалось Клячкину, стали ещё внимательнее. Он хотел немного выпить, но не рискнул делать лишние движения. Из глубины квартиры доносились какие-то звуки — будто двигали мебель. Потом наступила тишина, в которой отчётливо слышалось тяжёлое дыхание ротвейлеров.
— Заждался? — Металлист появился совершенно бесшумно. — Вот твои железки…
На стол, между стаканом и подносом, легли изящный воронёный пистолет и округлая, напомнившая Клячкину плод киви граната. Из кожаной, опутанной ремнями кобуры Металлист высыпал блестящие латунные цилиндрики, заканчивающиеся белыми головками пуль.
— Раз, два, три… Семь! Всё, что заказывали. Прошу.
Клячкин вынул из стопки три банкноты, остальные положил на поднос.
— Считай.
Шевеля губами, Металлист сноровисто перебрал купюры.
— Тридцать семь… Всё правильно. Только… Где ты их получал?
— А где ты получал эти штуки?
Металлист пожал плечами.
— Ладно, замнём… Пользоваться умеешь?
— Напомни. — Клячкину не понравилась любознательность оружейника.
