Кришна поволок меня за собой, рывками заставляя держаться прямо, когда я начинал заваливаться набок. Я ковылял со всей возможной быстротой, пытаясь обрести равновесие на ногах, которых совершенно не ощущал. Я оглянулся через плечо на поверженного капалику, на фургон с распахнутыми словно крылья дверцами, на запряженную быками повозку, перегородившую перекресток и узкую улочку. Рядом с повозкой стояли, застыв на месте, трое капаликов. Несколько секунд они ошарашенно смотрели на нас, а потом побежали в нашу сторону, что-то крича и жестикулируя. У одного из них в руке уже виднелось нечто, напоминающее длинный нож. Быки вместе со скрипучей повозкой исчезли в темноте.
– Бежим! – закричал Кришна.
Он так потянул меня за собой, что у меня треснула рубашка. Размахивая руками, я полетел головой вперед и чуть не упал, но Кришна ухватился за мою разорванную рубаху на спине и дернул меня вверх.
Мы побежали налево в совершенно темный переулок, потом снова повернули налево, в залитый светом фонарей двор. Когда мы вошли в открытую дверь, на нас изумленно уставилась какая-то старуха. Кришна отвел в сторону занавеску из бус, и мы побежали к заднему ходу, перепрыгивая через фигуры спящих людей, лежавших на полу темной комнаты.
Когда мы выскочили в очередной двор, позади нас послышались крики и вопли. Как только мы нырнули еще в один узкий проход между зданиями, в темном дверном проеме появились трое капаликов. Отбросов здесь было по щиколотку, и нам пришлось бежать, поскальзываясь, подпрыгивая и разбрызгивая жижу. Даже тут сидели на корточках завернувшиеся в простыни молчаливые фигуры, сбившиеся в кучу из-за воды, все еще стекавшей с крыши и скапливавшейся в углублениях почвы. Кришна буквально перепрыгнул через костлявые колени скрюченной фигуры, больше напоминавшей труп, чем живого человека.
Я не мог угнаться за Кришной, и когда мы пробежали два пролета деревянной лестницы, я упал на колени прямо на неосвещенной площадке, хватая ртом воздух. Во дворе внизу перекрикивались капалики.
Кришна втолкнул меня в распахнутую дверь. В комнате у открытого огня или прислонившись спиной к потрескавшимся доскам стены сидели на корточках с десяток людей. В середине комнаты обвалилась часть потолка, и на образовавшейся в результате куче штукатурки и камня они и разожгли свой костер. По стенам и просевшему потолку струился дым.
Кришна прошипел короткую фразу, из которой, как мне показалось, я разобрал слово «Кали». Никто не поднял на нас глаза; все продолжали смотреть на невысокие языки пламени.
На лестнице послышались звуки шагов. Кто-то закричал. Крепко схватив за локоть, Кришна повел меня в маленькую комнатушку, в которой не было ничего, кроме нескольких бронзовых горшков и статуэтки Ганеши. Открытое окно выходило на узенькую улочку между зданиями.
Кришна шагнул к окну и прыгнул. Я встал на невысокий подоконник и застыл в замешательстве. Между зданиями было не больше пяти футов. До земли, невидимой в темноте, было по крайней мере футов двадцать. Я услышал хлюпающий звук в том месте, куда приземлился Кришна, и больше ничего. Я знал, что не смогу прыгнуть в этот беспросветный провал.
Вдруг я услышал вопли капаликов от входа в предыдущую комнату. Взвизгнула женщина. Прижав к себе левую руку, я прыгнул.
Отбросов на месте моего приземления было футов на семь-восемь. Я вошел туда по бедра и завалился набок во что-то мягкое и мерзкое. Вдоль стен с писком разбегались крысы. Я ничего не видел. По мере того как я пытался продвинуться вперед в этом узком пространстве, ноги мои с чавканьем увязали все глубже. Опустившись в податливую, зловонную массу по живот, я начал панически метаться в разные стороны.
– Тс-с-с.
Кришна схватил меня за плечи и придержал, чтобы я не дергался. Тусклый прямоугольник света наверху перекрыл силуэт мужчины, высунувшегося из окна. Потом он снова скрылся в комнате.
– Быстрее!
Кришна схватил меня за руку, и мы побрели по вонючей канаве. Оттолкнувшись от стены, я попытался плыть сквозь мягкие отбросы. В поисках опоры мы цеплялись за руки друг друга, но это было все равно что пробираться по пояс в иле.
Вдруг позади нас, из окна, откуда мы только что выпрыгнули, кто-то высунул горящую доску и бросил ее в грязь переулка. Доска разок подскочила, плюхнулась снова, и от нее начали тлеть какие-то засаленные тряпки. Мы с Кришной застыли. Хоть мы и не могли выглядеть иначе, чем пара теней среди окружавших нас груд отбросов, но один из капаликов показал в нашу сторону и что-то крикнул остальным.
Не знаю, прыгнул ли человек с ножом сам или его вытолкнули, но он вскрикнул, упав неподалеку от нас. Факел уже начинал угасать среди сырости и человеческих нечистот, но света от него и горящих тряпок еще хватало, чтобы разглядеть сотни лохматых, извивающихся существ – некоторые размером с кошку, – спасающихся от дыма, переваливающих через кучи отбросов в нашу сторону.
