– Нет! – без колебаний ответил парень. – Но я не хочу умирать. Мне не страшно, скорее обидно. Ведь я ещё и не жил. Я совсем ничего не успел, ничего ещё не повидал. Я промелькнул бесследно. Понимаешь, Сальяда, я с детства жил в окружении героев, вот таких, о которых, как ты сказала, поют легенды. И я мечтал стать одним из них. Но только всё это были одни желания, я не делал ничего для их осуществления. Я просто ждал. Я так много хотел сделать в жизни, Сальяда, но за прошедшие двадцать лет, я не сделал
– Неправда! – возразила Сальяда. – Я понимаю твои сетования, но ты к себе несправедлив, Литей. Поверь мне, ты лучший и благороднейшей из всех людей, которых я когда-либо знала! И ты уже стал героем! Ты стал им. И память о тебе не исчезнет из этого мира. И песни о тебе люди споют. Быть может, не слишком лестные для твоих ушей, ведь в истории людей ты останешься гнусным предателем, переметнувшимся на сторону эльфийской нечисти. Но в памяти эльфов ты навсегда воссияешь яркой звездой Героя, отдавшего жизнь за спасение Элтлантиса. И будут песни о тебе, и о том, как ты спас жизнь Соколице Запада, и о том, как эта глупая Соколица хотела убить тебя, и, конечно, о том, как ты сражался с людьми там, в скалах – быстрый, сильный, грозный, смертоносный, как орёл Остенграда! Это я тебе обещаю, принц Дарген Литей Ринай! Я донесу память о тебе до Благословенного Края, и Элдинэ никогда не забудут тебя. И я не забуду… А может, когда-нибудь, через туман веков, и в памяти какого-нибудь человека всплывёт истина о тебе, и тогда он поведает миру о юном принце Литее, который мог бы стать лучшим правителем Брелистона.
– Спасибо, Сальяда! – грустно улыбнулся Литей. – Я знаю, своё обещание ты сдержишь. Хоть я и не заслуживаю такой похвалы и чести. Но я действительно мог стать хорошим правителем, теперь мог бы… Я многое понял за последнее время, здесь, в Элтлантисе. Я только-только понял, как следует жить. Не ждать, когда пробьёт твой час, а просто жить – любить, дышать, создавать что-то новое, чтобы каждый час был твоим! Я готов проклинать эту войну, которая погубила столько жизней, и сколько ещё погубит, но ей же я обязан тем, что оказался в Эльфийской Долине. Эта война открыла мне глаза на мир. Эта война подарила мне стольких друзей среди эльфов. Эта война пересекла наши с тобой пути. Ведь, если бы ни она, не встретились бы мы с тобой, Сальяда, никогда.
– Уж об этом ты вряд ли пожалел бы! – иронично хмыкнула Лигерэль.
– Пожалел бы! – уверил Дарген Литей. – Ты меня многому научила, ты меня сделала сильнее. Да и кто бы стал петь песни обо мне, если б ты не узнала о моём существовании? – улыбнулся Литей. – Но дело не в песнях и славе! Да, это важно, стать кем-то, оставить след. Все хотят быть героями. Но только теперь, испытав на собственной шкуре, что такое битва, я понял, что отдал бы всё на свете за мир и покой. За тихий дом, за хлебные поля и цветущие по весне сады. И пусть бы это даже был не замок в Даргкаре, но я так хотел бы просто иметь дом, где-нибудь… И чтобы по вечерам, когда я возвращался усталый, меня встречала на пороге любимая жена и целая ватага озорных громкоголосых детишек. Понимаешь, о чём я?
Сальяда кивнула.
– Всем нам свойственны такие мечты. Даже самым отчаянным бродягам и одиночкам, вроде меня, хочется, чтобы у них было место, куда всегда можно вернуться, где бы их кто-нибудь ждал… – рассудила Соколица.
– Это важнее славы, – согласился Литей. – Знаешь, мой отец умер молодым. Он успел немного поправить Брелистоном, но, по большому счёту, не сделал ничего значительного для своего народа. Но после него остался я. Его кровь течёт во мне, и я – его продолжение. А когда я уйду, не останется ничего и никого. И род Калахая Ринай исчезнет с лица земли. Это грустно…
– Это скорбно! – поправила Лигерэль. – Ах, зачем я поддалась на твои уговоры? Не нужно было брать тебя с собой. Может быть, тогда всё было бы иначе. Может, ты выжил бы. Может, и эльфы отразили бы удар людей. И жизнь продолжалась бы, а ты был бы частью этой жизни! И в награду за доброе сердце судьба сделала бы тебе подарок, и Великий князь отдал бы тебе в жёны свою прекрасную дочь. И Экталана бы стала хозяйкой твоего дома мечты…
Литей медленно покачал тяжёлой головой:
