– Там что-то случилось? – спросил он человека в ночной пижаме.
– Трудно сказать. Я знаю только, что вон там находится отделение полиции. – Мужчина указал на центр Кейп-де-Райва. – Здание освещено, как на Четвертое июля,[3] поэтому полагаю, что случилось нечто серьезное.
– Пожалуй, – согласился Филип, размышляя, не приведет ли происшествие к задержке их отправления. По расписанию они должны отплыть на рассвете. – Я думаю, скоро мы услышим.
Он зевнул и, передернув плечами, чтобы снять напряжение от слишком долгого сидения за столом, прошел в свою каюту.
Анна услышала только слабый звук от пары ног, шагнувших через порог. Прижавшись к полу, она высунулась из-под кружевного края покрывала одним глазком глянуть, кто же это пришел. Определенно, не женщина, так как она ясно различила отполированные до блеска черные кожаные ботинки и тонкое черное сукно вокруг щиколоток.
Потом она увидела, как на небольшой стул с высокой спинкой возле конторки был повешен угольно-черный бархатный жилет, и услышала мягкий металлический звон, словно на бюро положили что-то из украшений. Затем скрипнули планки кровати, когда кто-то уселся на край, прогнув матрац.
Мужчина устало вздохнул и наклонился, чтобы снять ботинки. Анна поняла опасную близость его руки к полоске светлой материи, выступающей из-под кровати. Это был подол ее платья! И человек действительно провел по нему пальцем. Анна с возрастающим ужасом ждала, что будет дальше.
Мужчина поколебался, но только секунду и продолжал разуваться. Затем встал и зажег керосиновую лампу на бюро.
Анна в панике не удержалась от тихого вздоха. «Что угодно, только не свет!»
Мужчина снова подошел к кровати со стороны единственного окна и быстро закрыл ставни, после чего резко нагнулся и схватил Анну за руку. Одним движением выдернул ее из-под кровати и поставил на ноги.
Рывок был столь неожиданным и сильным, что у нее закружилась голова. От боли в запястье подогнулись колени.
При слабом свете керосиновой лампы мужчина окинул взглядом спутанные белокурые волосы и понимающе кивнул.
– Вы! – сердито прошипел он, и в глазах у него заметались холодные искры, похожие на стальные иглы. Он отбросил руку Анны с такой свирепостью, что она пошатнулась и сделала шаг назад.
Она уже было вскрикнула, узнав Филипа Бришара, но лишь поперхнулась и теперь ошалело таращила глаза, наполовину прикрытые растрепавшимися прядями. У нее от боли раскалывалась голова, не было сил даже сдвинуться с места, и потому она продолжала стоять перед ним, ежась под его разгневанным взглядом.
– Да-а, – протянул Филип, – хорошо, что я взял с собой все деньги. Как чуял, что нужно сделать. Впрочем, я всегда держу в голове, что воров везде хватает! – Анна открыла рот, чтобы сказать что-то в свою защиту, но ни единый звук не вышел из ее горла. – Что такое? – продолжал Филип. – Теперь вы еще и онемели, моя слепенькая пичужка? Вам уже недостаточно прежнего жульничества?
Филип сложил руки на груди, смерив Анну оценивающим взглядом – ее всклокоченные волосы, изодранное платье и все еще расстегнутый лиф.
– Кажется, я догадываюсь, – сказал он, возвращаясь к ее лицу. – Ваш отец придумал для вас другую игру… ту, что намного древнее и больше проверена. – Филип отвел от нее свои холодные глаза с очевидным отвращением. – Это он заставляет вас таким образом зарабатывать деньги? Скажите, есть что-нибудь, чего вы еще не испробовали?
– Нет-нет, это совсем не то, что вы думаете, – наконец выдавила из себя Анна. Она прижала руки к вискам, чтобы остановить дикую боль в голове.
– Именно то, что я думаю, мисс Роуз или… Я не знаю, какова ваша настоящая фамилия, но это не суть важно. – Филип наклонил голову набок, настороженно блеснув глазами. – Где ваш партнер по новой пьесе? Может, спрятался в том гардеробе? – Филип быстро подошел к шкафу и распахнул дверцы. Удостоверившись, что Мика там нет, он захлопнул их. – Тогда, наверное, ждет вас на берегу?
Анна покачала головой, не способная ясно мыслить сквозь туман безумной боли. На глаза ее навернулись слезы. Она задрожала.
Филип устремился к ней и схватил ее за руки:
– Я хочу услышать от вас ответ. Не молчите, не то я прямо сейчас отведу вас в город и сдам полиции!
Он с силой встряхнул ее. Волосы упали с ее лица, и гнев тут же потух в его глазах, сменившись иным чувством. То ли жалости, то ли омерзения…
Анна попыталась высвободиться, но Филип притянул ее ближе к свету. Он схватил жгут ее волос, удерживая их на затылке, другой рукой взял ее за подбородок и повернул лицом к лампе.
– У вас ссадины… – сказал он смягчившимся голосом. – Что случилось? Кто это сделал?
Анна не смогла ответить. И вообще не могла думать. Только ощущала боль, безжалостно давившую на уши. Затем все заволоклось черной пеленой.
