Если Джейк и надумал бежать или атаковать своего врага, ему пришлось оставить эту мысль, потому что в свете, падавшем из окна на втором этаже, ясно обозначилась черная фигура. Гранди молча встал поперек переулка, широко расставив ноги и скрестив на груди огромные ручищи. В его темных глазах вспыхивал угрожающий блеск, плотно сжатые губы выражали непреклонную решимость.
– А в чем, собственно, дело? – беспомощно пролепетал Джейк.
Филип плотно прижал его к стене дома и быстро обыскал.
– Гранди, ты не подержишь эту штуку для мистера Финна, пока мы проведем переговоры? – сказал он, передавая негру нож, извлеченный из ботинка Джейка. – И это тоже, – добавил Филип, протягивая слуге свой деринджер. – Ну вот, теперь все в порядке. Можно приступать к честной борьбе.
Взгляды Филипа и Джейка встретились. Глаза Филипа горели жгучей ненавистью. Он первым бросился на своего противника. Удар под ложечку был так же внезапен и быстр, как молния, и почти так же силен, как грозовой разряд. От болевого шока Джейк со стоном согнулся пополам. Его челюсть на миг отвисла, но тут же с хрустом защелкнулась, когда кулак Филипа обрушил на нее второй удар. Голова Джейка звонко стукнула о стену. Филип схватил его за шею, не давая дышать.
– И это честная борьба… – прерывающимся голосом бормотал Джейк.
– Я дал вам приблизительно столько же шансов, сколько вы моей сестре, – прорычал Филип. – Помните утро в лесу Френчмэн-Пойнт?
– Господи Иисусе! – воззвал Джейк, закатывая глаза. Сквозь боль и винные пары прорвалась догадка. – Теперь я понял, кто вы. Вы – тот самый денди, что был с преступницей. Это вы сопровождали ее на реке.
– Я – тот, чью сестру вы едва не убили сегодня! – резко возразил Филип.
Джейк попытался освободиться от железной руки, сдавливающей ему горло.
– Я не собирался обижать эту девочку, – запротестовал Джейк, – и не сделал ей ничего дурного. Я только хотел получить свое. У меня на это есть полное право.
– Я вам сейчас объясню ваши права, – прошипел Филип сквозь стиснутые зубы. – Запомните, в Сан-Жерар де Пари играют по правилам Бришара. Сегодня, будучи там, вы нарушили эти правила, мистер Финн, и вы ответите за это.
– Ч-что вы собираетесь делать? – Джейк метал тревожные взгляды то на Филипа, то на Гранди.
– Вы когда-нибудь видели тюрьмы Луизианы, мистер Финн? – сказал Филип.
Джейк покачал головой. Его испуганно бегающие глаза наконец остановились на лице Филипа.
Тот на секунду ослабил хватку, а затем вновь сдавил Джейку горло, заставив его закашляться. Мужчина вертел шеей, чтобы не задохнуться.
– Так вот, – продолжил Филип, – крысы в этих тюрьмах величиной с собаку-ищейку и так же быстро чуют запах человека. В камерах так жарко, что вы в тот же день задохнетесь от собственной вони. Вы враз сделаетесь больным и будете почитать за великое счастье, если вам дадут работу на болоте. Вы согласитесь резать корни кипариса двадцать четыре часа в сутки, но там ядовитые змеи, которые достигают десяти футов, мистер Финн. И полно крокодилов. Они откусят вам ноги до бедра, если им понравится ваше мясо. У вас будет возможность в этом убедиться, мистер Финн.
Джейк провел тыльной стороной ладони поперек рта и оторопело вытаращил глаза на Филипа.
– Вы не сможете посадить меня в тюрьму за такую ерунду, – огрызнулся он, видимо, собрав остатки мужества, уцелевшего в каких-то глубинах его души. – Я ничего не сделал вашей сестре. Я только поговорил с ней, и больше ничего!
– Вы трогали ее! – немедленно возразил Филип. – Вы прикасались к ней своими грязными руками. Вы порвали на ней блузку, угрожали убить и преследовали ее в лесу. Я бы не сказал, что это «ничего», мистер Финн! И окружной судья Сан-Жерар де Пари тоже этого не скажет. А он, между прочим, близкий друг одного новоорлеанского адвоката. И так уж случилось, что этот адвокат так же, как и я, является братом этой девочки.
Филип схватил Джейка за плечо и наклонился к нему так близко, что мог ощущать страх, буквально сочившийся из всех пор перетрусившего бандита.
– Вас продержат в тюрьме так долго, что все забудут, как вы туда попали. Никто даже не вспомнит про вас, и вы сгинете бесследно, мистер Финн.
Джейк затрясся в руках Филипа, но все же решился задать вопрос, тревоживший его больше всего.
– А как же вознаграждение? – проверещал он. – Меня ждут пять тысяч долларов в Кейп-де-Райве. Я не могу их терять. Я знаю, вы прячете эту маленькую преступницу…
– Вы еще не все усвоили, Финн? – сказал Филин с нарочитым спокойствием, но с такой яростью в глазах, что Джейка затрясло пуще прежнего. – Вы не получите никаких пяти тысяч! Не получите хотя бы потому, что вся эта история – сплошной обман. Мы оба это знаем. Если бы я лично не знал эту женщину, возможно, я и поверил бы вашей бумажке. Я говорю о листке, который вы показывали моей сестре. Единственный, кто действительно был убит в Кейп-де-Райве, это мужчина, изображенный на нем.
– Нет! – выпалил Джейк. – Это мистер Стюарт Уилкс был убит! И его убила та женщина!
