На террасу с маленьким подносом в руках вышла Л у и з а. Остановилась в стороне. Ждет.
Где-то там, в глубине этих горных массивов, погиб наш с Даниэлем близкий друг… Грэм. Грэм Скифф. Мне бесконечно дорог был этот человек. В разговоре с Даниэлем вы случайно упомянули его имя…
А у г у с т о (бросил взгляд на Луизу). Вам показалось, госпожа Джинар. Я впервые слышу это имя.
К л о э т т а (попыталась улыбнуться). Извините… Мне действительно иногда кажется… я маленькая безделушка в руках судьбы.
А у г у с т о (легонько коснулся ее руки). Вы очень славная, добрая женщина… Дай вам бог родить крепкого малыша.
К л о э т т а (опустила глаза). Да услышит вас всевышний, добрый человек.
Аугусто направился к выходу.
Л у и з а (с бесстрастным выражением на лице). Вам лучше пройти через сад, святой отец. От розовой беседки свернете налево, тропинка выведет вас к мосту. Так удобнее и ближе.
А у г у с т о (не сразу). Да, пожалуй, вы правы. Благодарю вас, сестра. (С террасы по ступенькам спускается в сад. Уходит.)
Л у и з а (проводив его взглядом). У ворот пьяная солдатня — они иной раз любят зло подшутить над духовным лицом.
К л о э т т а (взяла с подноса таблетки). Вы сегодня прекрасно выглядите, Луиза. У вас приятный румянец на щеках.
Л у и з а (слегка поклонившись, направилась к выходу, в дверях столкнулась с Мартиной). О, простите, бога ради!.. (Уходит.)
М а р т и н а. Дядя заперся у себя в кабинете, я не стала беспокоить его… (Умолкает.)
К л о э т т а (тихо попросила). Пожалуйста, помоги мне сесть. Еще целых два месяца, а я начинаю почему-то трусить. (Виновато улыбнувшись, осторожно села в кресло.) Я часто просыпаюсь среди ночи с ощущением, что меня уже нет… и никогда не было.
М а р т и н а (поглаживая ей руку). Ты у нас умница, все будет хорошо, вот увидишь.
К л о э т т а (искренне). Спасибо. Мне так одиноко здесь. Даниэль заблаговременно привез акушерку, но Луиза ужасно неразговорчивая личность. И по-моему, нечиста на руку. Я ее как-то застала в кабинете Даниэля ползающей на коленях — она собирала рассыпанную мной накануне мелочь. Неприятная особа. (Без перехода.) Мартина, ты ведь тоже заметила, как Даниэль сделал знак, не правда ли? Когда вошел этот странный священник, он сделал знак, и они обыскали его. Обыскивать священнослужителя — зачем?
М а р т и н а (пожала плечами). Эти дрессированные обезьяны могли и сами проявить излишнюю подобострастность. С тех пор как дядя стал прислуживать… он более чем кто бы то ни было в безопасности.
К л о э т т а (нахмурившись, серьезно). Твой дядя — крупнейший ученый, кому же, как не ему, находиться рядом с Верховным? Он был и остался порядочным человеком, Мартина.
Ц е з а р и й (не очень уверенным шагом вышел на террасу, начал говорить еще с порога). Этот ваш усатый воитель мне определенно надоел! Он пьет как гвардейская лошадь! (Передразнивает.) Мне, как патриоту нации, прискорбно слышать подобные суждения о Верховном. Хамство, облеченное властью! (И вдруг тихонечко икнул.) Черт, кажется, он успел меня накачать!..
М а р т и н а (развеселившись). Бьюсь об заклад, ты где-нибудь свалишься с лошади.
Ц е з а р и й. Падение свободного художника — эт-то совсем другое. Будьте хоть вы моим союзником. (Галантно, насколько это возможно в его состоянии, целует Клоэтте руку.)
К л о э т т а (устало улыбнувшись). И по какому поводу вы так переусердствовали, друг мой?
М а р т и н а. Господи, что подумает обо мне госпожа Кримстон?
Ц е з а р и й (неожиданно агрессивно, в сторону Мартины). Оставь в покое мою мать! И не будь занудой. Пожалуйста. (Неловко поклонился Клоэтте.) Извините. Привет! (Покачиваясь, уходит.)
Пауза.
К л о э т т а. По-моему, вы наговорили друг другу лишнего. Почему бы тебе не согласиться пройти Комиссию и не получить этот злосчастный Белый амулет? Формальности. Тебе абсолютно нечего бояться. Чистота твоего происхождения безупречна.
М а р т и н а (усмехнувшись). Это называется — спечь маисовую лепешку без маиса. Ведь унизительно, как ты не понимаешь?..
К л о э т т а (внимательно посмотрела на нее). Если вы любите друг друга, все остальное не имеет ни малейшего значения.
