Андрей терпел. Какой еще у него был выбор? Но терпеть с каждой секундой становилось все труднее. А тут еще ожог на ноге разболелся так, что из глаз полились слезы. В голову вновь полезли пораженческие мысли о возвращении, об уютном логове каннибалов, где есть все условия для спокойного и безмятежного существования. Но Оля упрямо тащила его вперед, а на все жалобы с его стороны советовала только одно – терпеть.
Конец мучениям был положен внезапно. Оля вдруг остановилась, зашла в ближайшую комнату, обшарила ее всю, и, вернувшись, сказала:
– Отдохнем здесь.
Услыхав это, Андрей едва не зарыдал от счастья. Кое-как вполз внутрь и тут же без сил повалился на бетонный пол. Не хотелось ни есть, ни пить, ни даже жить. А когда Оля попросила его подняться, он едва не обругал спутницу, которая все никак не желала оставить его в покое.
– Нельзя лежать на голом полу, – пояснила девушка. – Встань на минуту, я набросаю газет.
Бумажный матрац оказался пыльным и не слишком мягким, но Андрея не волновали подобные мелочи. Наконец-то он лежал, а не шел. И это было восхитительно.
Оля присела рядом, устроившись лицом к двери. Она положила на колени лук и стрелы, а рядом с собой топор-лопату. Лампочка в комнате не горела, в коридоре тоже было довольно темно. Но проходящий мимо человек все же мог заметить устроившуюся на привал парочку.
– Еще не жалеешь, что пошла со мной? – спросил Андрей, стараясь замаскировать чувство вины ироничным тоном. Это ведь он рвался в путешествие, готовился лететь вверх, как на крыльях. А в итоге сдулся прежде, чем они успели толком начать подъем.
– Как только пожалею, ты узнаешь об этом первым, – сухо ответила Оля.
Затем добавила уже мягче:
– С учетом твоих ран, я не думала, что ты отшагаешь и десять этажей. А мы проскочили штук пятьдесят или больше. Вполне неплохо.
Андрей не знал наверняка, говорила ли Оля что думает, или просто пыталась пролить каплю бальзама на его самолюбие, но решил не доискиваться истины. В конце концов, это было неважно. Они все же начали подъем, и это главное. Ему просто нужен небольшой отдых. Пару часов сна. После этого он сможет продолжить путь.
– Поспи, – предложила Оля. – Сон – лучшее лекарство.
– Лучшее ли? – усомнился Андрей.
– Здесь – да. Других лекарств тут все равно нет.
Поспорить с этим было невозможно, да Андрею и не хотелось. Он прикрыл глаза, и попытался мысленно отрешиться от того кошмара, в котором барахтался уже которые сутки. Он уже даже не помнил, сколько дней провел в лабиринте. Здесь ничего не происходило, ничего не менялось. И из-за этого полностью пропадало ощущение времени. Самому ему казалось, что он бродит по этим бесконечным коридорам уже много лет. Странно, но свою прошлую нормальную жизнь он теперь вспоминал как что-то далекое и не вполне настоящее, как будто она была не совсем его. Страшно было подумать, каково приходится Оле, проведшей в лабиринте гораздо большее время. Уже чудо, что девушка за это время не лишилась рассудка.
С этими мыслями Андрей заснул, твердо решив для себя, что после пробуждения не даст воли слабости. Плевать на усталость, боль и голод. Он будет идти до тех пор, пока не выберется наружу. Если потребуется, то поползет хоть на руках, хоть на ушах.
Проснувшись, Андрей почувствовал себя значительно лучше. Усталость отступила. Рана на ноге побаливала, но уже не так сильно. Больше не было ощущения, что еще немного, и он просто рассыплется на части, как давно выработавший свой ресурс механизм. Но, что гораздо важнее, пораженческие мысли больше не одолевали его. Он снова хотел действовать, продолжать подъем к дневному свету, по которому уже успел основательно соскучиться.
Вокруг было темно. Лампочка в коридоре больше не горела. Какое-то время Андрей лежал во мраке, прислушиваясь к окружающей его тишине. Затем негромко позвал Олю, но та не откликнулась. Решив, что девушка спит, Андрей возвысил голос, и вновь не получил никакого ответа.
– Оля? – встревожился Андрей, поднимаясь на ноги.
Пошарив по карманам, он нащупал в одном из них свою зажигалку. Стоило рассеять мрак крошечным огоньком, как тревога сменилась страхом. Оли не было в комнате.
Андрей сгоряча подумал, что девушка просто сбежала от него. Почему и зачем – неизвестно. Возможно, поняла всю безнадежность их затеи. Или решила избавиться от балласта, делающего привал через каждые две ступеньки, и подниматься наверх налегке. Однако эта версия тут же была опровергнута фактами. Оба рюкзака, и его и Олин, остались на месте. Вместе с девушкой пропал только ее лук.
Погасив зажигалку, Андрей присел на ворох газет и постарался успокоиться. Он стал убеждать себя, что Оля просто отправилась на разведку или на поиски пищи. Она не ушла бы навсегда без своих вещей и запаса тюбиков, а это означало, что вскоре она вернется.
