При этом Петр Ильич занят не только своим внутренним миром, его по-прежнему близко трогали события Русско-турецкой войны, о чем он сообщал в один из дней: «Я не в состоянии был ничего писать сегодня. Мне как-то совестно приниматься за переписку скрипичного концерта ввиду угрожающей нам музыки ядер, бомб, пуль и торпед. Побольше бы этих торпед, чтоб всех англичан взорвать на воздух!!»[499]
Однако композитор смог пересилить себя, продолжить работу и уже через два дня (20 марта / 1 апреля) первую часть удалось исполнить: «Котек успел переписать скрипичную партию концерта, и перед обедом мы ее сыграли. Успех был громадный как автору, так и исполнителю. В самом деле, Котек сыграл так, что хоть публично бы сейчас же исполнить»[500]. А вот вторая часть Концерта, которая тоже уже была готова после проигрывания вместе с Котеком, композитора не удовлетворила. Финал, напротив, – «произвел фурор» и на слушателей, и на автора. На следующий день Чайковский сочинил абсолютно новую вторую часть.
Из письма композитора брату следует, что «первые слушатели» восприняли ее куда более благосклонно: «Написал новое
Инструментовка Концерта, начатая 26 марта/7 апреля, заняла у композитора шесть дней усиленной работы. За этот период Чайковский многократно проиграл его с Котеком, желая убедиться в исполнимости сольной партии сочинения: «Концерт я здесь много раз играл, и он производил каждый раз единодушный или, лучше сказать, двоедушный фурор, ибо публика, состоящая из Модеста и Котека, в унисон поет мне за концерт хвалебные гимны. По уверению Котека, он не труден нимало»[502], – сообщал композитор Юргенсону 27 марта/8 апреля. Через три дня инструментовка Концерта была завершена, о чем свидетельствует помета в конце рукописной партитуры: «Finis. Clarens. 30 марта/11 апр. 1878»[503].
Этот месяц в весеннем Кларане, проведенный вместе с близкими и Котеком, прогулки по живописным местам, невероятно интенсивная работа и рождение Концерта для скрипки с оркестром навсегда оставили тяжелейший душевный и творческий кризис, который Чайковский ранее переживал более полугода. Петр Ильич решился на приезд в Россию.
Чайковский, по собственному выражению, возвращался в Россию «в качестве совершенно здорового, нормального, полного свежих сил и энергии человека». Первым делом Петр Ильич направился в Каменку, куда приехал 11 апреля 1878 года. Буквально вскоре после приезда композитор по просьбе Юргенсона написал произведение для фортепиано – марш «Русский добровольный флот». Поводом послужило движение по созданию в России «Добровольного флота» – пароходного общества на собранные пожертвования и частные вклады с целью оказания поддержки военному флоту ввиду угрожавшей войны на море со стороны Англии. Тогда успехи российских войск в Русско-турецкой войне весьма встревожили европейские страны и прежде всего Англию. Сильная английская эскадра явно демонстрировала намерение войти в Черное море и стала открыто готовиться к войне против России. Чайковский почти мгновенно откликнулся на просьбу своего издателя и уже 24 апреля сообщил издателю: «Я написал марш и посылаю тебе его. Гонорария не нужно, ибо я тоже патриот, но имени прошу тебя не выставлять, а выдумать какой хочешь псевдоним»[504]. Юргенсону не пришлось придумывать псевдоним, Петр Ильич сам подписал новое сочинение псевдонимом «П. Синопов» в честь Синопского сражения 1853 года под предводительством адмирала Павла Степановича Нахимова, последней победы русских парусных судов. Марш был вскоре издан, на титульном листе было помещено изображение парусного корабля, а также надпись: «Весь сбор, не исключая расхода на издание, назначается в пользу фонда на приобретение крейсеров».
В Каменке Чайковский спустя много месяцев вновь оказывается в окружении большой любящей семьи. Он переполнен творческими планами, которые 30 апреля изложил в письме Надежде фон Мекк:
