Буквально после первых осевых линий, сделанных в тетрадках в клеточку, на кальках и ватманах, стало ясно, что Грушин поручил своим специалистам создать очередной технический шедевр. Им предстояло довести характеристики ракеты до максимально возможных.
И работа в проектных службах завертелась по привычному кругу, зажужжали арифмометры, зашуршали по бумагам карандаши и ручки. Обычная для докомпьютерных времен обстановка.
Вот условия лишь одной из задач оптимизации, которую довелось в те дни выполнить проектировщикам новой ракеты. Для обеспечения эффективного поражения высокоскоростных и высотных целей ракета на конечном участке своей траектории при подлете к цели (а она могла находиться на высоте более 30 км) должна была совершать маневры в соответствии с получаемыми от системы наведения командами с перегрузками более двух единиц. Аэродинамические органы управления полетом ракеты обеспечивали требуемые перегрузки при скоростях полета свыше 1400 м/с. Однако при такой скорости полета ракеты и соответственно скорости ее сближения с целью резко снижалась эффективность боевой части, что соответственно требовало значительного увеличения ее массы и габаритных размеров, а значит, утяжеляло ракету. Вопрос: какую скорость должна иметь ракета перед встречей с целью?
Как вспоминал начальник вычислительного отдела предприятия Фаим Фазуллович Измайлов:
«Как молодых специалистов, нас, выпускников физического факультета МГУ, не приобщенных к тайнам сопромата или деталей машин, ничего не смыслящих в конструкциях, чертежах и прочих инженерных премудростях, направили в проектный отдел, исходя из предпосылки, что именно там наша солидная физико‑математическая подготовка найдет наилучшее применение. Пересев со студенческой скамьи за инженерные столы, мы очень скоро на своей шкуре ощутили разницу между элегантностью научных теорий, когда их изучаешь по книгам, и той рутиной, когда требуется применить приобретенные знания для практических задач. Если требовалось записать уравнения движения летательного аппарата, или выражения, описывающие вероятности поражения цели, или передаточные функции автопилота, или сформулировать условия устойчивости – там школа МГУ помогала нам быть на уровне. Но в инженерной работе требуется, в первую очередь, общие закономерности довести до числа. Чтобы получить численные значения конкретных проектных параметров, выявить влияние их разброса, необходимо проделать огромную вычислительную работу. Ведь в практических задачах дифференциальные уравнения аналитически не интегрируются, интегралы не берутся, частотные характеристики необозримы и т. д. Все надо было считать численно, а проводились эти расчеты вручную, „на бумажке“, и вручную же на миллиметровке строились графики и диаграммы. В типографии заказывали бланки‑таблицы для расчетов. В эти таблицы в самую левую колонку вписывались исходные параметры, а каждая строчка следующих колонок заполнялась как результат операции, указанной в самой верхней строке.
