В Йосиной комнате велся приглушенный разговор: вначале Полина расслышала только гул голосов, затем разобрала отдельные слова, и постепенно они сложились в предложения.
– Дай посмотреть, его не пора менять? – до слуха долетел хриплый голос Йоси. – Тебе как, удобно?
– Что точно не пора менять – это тему разговора, – по-взрослому отозвался Жека. – Почему
– Потому что. – Компаньон невесело хмыкнул. – Потому что, Жека, оно со мной навсегда. Как думаешь, никто не заметил?
Мальчик что-то пробормотал в ответ, но Полина не разобрала.
– Может, все-таки обратимся за помощью? – предложил он. – Ну, за психологической…
– К мозгоправу меня хочешь отправить, так? – Йосин тон помрачнел. – А что он скажет? Причину я знаю сам. Докапываться до нее не надо.
– Да, – с горечью выдохнул Жека.
Полинину руку слегка кольнуло. Неужели пытается привлечь внимание к диалогу? Вряд ли. В людских делах магия бесполезна, а разговор никак не связан с потусторонцами. Тем не менее Полина вытянула шею и навострила слух.
– Нет, ты не понимаешь, – еле слышно произнес Йося. – Думаешь, мне снится тот, другой? Тот, кем я был? Нет, Жека. Мне снишься ты. Я так виноват перед тобой.
– Это неправда. – Жекин голос задрожал. – Ты не виноват.
– Нет. Это я. Все дерьмо, что с тобой случилось, из-за меня.
– Йо, не надо. – Кажется, Жека готов был заплакать. – Это неправда!
– Эй, ты чего? – Йося смягчился. – А-а, батат! Не хотел тебя расстраивать. Ладно, давай забудем об этом, просто выкинем из памяти. Мы же умеем, так? Все под контролем. У нас есть крыша над головой, деньги, еда. Работающий холодильник. – Он ласково мурлыкал, словно мама-кошка, которая пытается угомонить пищащее дитя. – Иди спать, Жека. А я, раз проснулся, пойду почитаю файлы. Нудятина та еще. Может, вырубит прямо в кабинете.
Полина услышала шорох одеяла и быстро заскользила назад. В голове вертелись обрывки разговора. Они напоминали клочки суши за облаками, и Полина никак не могла разобрать, что же там за континент.
КАК ТЯЖКО МЕРТВЕЦУ СРЕДИ ЛЮДЕЙ
ЖИВЫМ И СТРАСТНЫМ ПРИТВОРЯТЬСЯ!
НО НАДО, НАДО В ОБЩЕСТВО ВТИРАТЬСЯ,
СКРЫВАЯ ДЛЯ КАРЬЕРЫ ЛЯЗГ КОСТЕЙ…
«НАРЦИССЫ – семейство призраков с высоким уровнем опасности, наслаждаются смертью и преимуществом над живыми»
Вплотную придвинулась суббота, давя ощущением тревоги и неопределенности. Полина ждала аудиенции у Губернатора, но по мере приближения встречи росли и сомнения. Стоит ли отдавать глаза? Нужно ли вообще посвящать заказчика в убийства детей? Как он отнесется к тому, что раскопала Полина?
Впрочем, раскопала она совсем немного.
Три дня Полина отслеживала новости, в том числе по нелегальным каналам Ипполита Аркадьевича, и пыталась найти закономерность в убийствах. Новые трупы с вырезанными глазами не попадались – это, конечно, было хорошо, но расследование совсем не двигалось с места. Время работало против Полины – оно не лечило, а только сбивало жар. Она чувствовала, как над городом раскачивается гигантская петля, готовая ловить шеи, и понятия не имела, как остановить ее.
Посвященный в версию с охотником-конкурентом опекун обзванивал бывших клиентов, интересовался их делами и ненавязчиво спрашивал, не доходил ли до них слушок о некоем Многоликом. Никто ничего не знал. Некоторые интересовались «для друзей», не вернулся ли Павел Александрович, и сетовали на отсутствие толковых медиумов.
Размышляя над убийствами, Полина подсела к коробке-столу, бросила взгляд на Жеку – и вздрогнула. К его белобрысой макушке тянулось что-то черное. Стоило моргнуть, и обман зрения рассеялся: Жека всего лишь приставил к голове длинный карандаш, которым подчеркивал интересные моменты в книге. Перехватив Полинин взгляд, мальчик улыбнулся.
– Можно еще одну? – Он указал карандашом на коробку.
– Разумеется, – ответила Полина. – Сколько угодно. Можешь разрисовать ее всю.
Грифель уютно зашуршал по картону. Откинувшись на спинку кресла, Полина зачарованно следила, как на коробке появляется летучая мышь, немножко похожая на опекуна. Сейчас Жека читал Брэма Стокера.
За прошедшие три дня посиделки за коробкой-столом стали их маленькой традицией. Пока Йося изучал файлы, а Ипполит Аркадьевич обзванивал бывших заказчиков (или изображал, что собирает вещи в своей комнате), Полина и Жека занимались интеллектуальными упражнениями: она думала, а он читал. Иногда, вдохновленный каким-то фрагментом, мальчик зарисовывал на коробке фигуры людей или животных.