– Да! Ну и влип же я! – с негодованием воскликнул Крэнтон. – Мистер Пол чертов Тейлор и мистер Бетти Томас! Не люди! Колокола! И никаких следов моего Пола Тейлора. Скажу вам, мне пришлось крепко призадуматься. Приезжал ли Дикон в деревню, но уже уехал или его схватили по дороге? А может, он прятался за ближайшим углом? А тут еще Уайлдерспин не оставлял в покое. У него не забалуешь. «Драйвер, поди сюда! Стивен, сделай это!» У меня не было ни одной свободной минуты. В то же время я опять вспомнил о шифре. Мне пришло в голову, что разгадка, не исключено, как-то связана с колоколами. Но мог ли я попасть на эту проклятую колокольню? Нет. Во всяком случае, открыто. Я пробрался туда однажды ночью, чтобы все выяснить. Соорудил парочку отмычек (тут работа в кузнице очень пригодилась) и в субботу вечером тихонько выскользнул из дома через черный ход.
А теперь слушайте внимательно. То, что я вам скажу, правда. Итак, в полночь я отправился в церковь и, подойдя к двери, обнаружил, что она не заперта. Что я подумал? Там орудует Дикон. А кто еще мог находиться в таком месте ночью? Я уже бывал в церкви и знал, где расположена ведущая на колокольню дверь. Она тоже была открыта. «Ладно, – подумал я. – Значит, Дикон здесь. Уж я ему покажу и Тейлора Пола, и Бетти Томаса». Сначала я попал в комнату, где с потолка свисали веревки. Отвратительное место. Затем лестница и снова веревки. А потом комната с потайным замком.
– Дверь в ней тоже была открыта?
– Да, и я поднялся наверх. Это мне тоже ужасно не понравилось. Меня охватило какое-то странное и жутковатое ощущение. Тишина, а чувство такое, словно вокруг стоят люди. Дождь как из ведра, и темень хоть глаз коли. И при этом мне казалось, что на меня смотрят тысячи глаз. Аж мурашки по коже побежали.
Прошло время, и по-прежнему было тихо. Я успокоился и зажег фонарик. Вы когда-нибудь бывали на той колокольне? Видели колокола? У меня не слишком буйное воображение, но тут я вдруг почему-то сильно занервничал.
– Да, – кивнул Уимзи. – Ощущение такое, будто они хотят придавить тебя.
– В общем, я попал туда, куда нужно, но не знал, с чего начать поиски. Мне ведь ничего не известно о колоколах. А еще я не понимал, что случилось с Диконом. Я осветил фонариком помещение и увидел его!
– Мертвого?
– Мертвее не бывает. Привязан к столбу. А его лицо… Не хотелось бы мне снова увидеть нечто подобное. Словно он умер и сошел с ума одновременно.
– Дикон точно был мертв?
Крэнтон усмехнулся:
– За кого вы меня принимаете?
– Окоченел?
– Еще не успел, но уже остыл. О господи! Я дотронулся до него, он покачнулся, и голова запрокинулась. Судя по всему, Дикон умер не сразу и какое-то время мучился.
– Вы хотите сказать, что у него на шее была веревка? – уточнил Паркер.
– Нет. Он не был повешен. Не знаю, что его убило. Как раз собирался осмотреть тело, когда услышал, как кто-то поднимается наверх. Я не растерялся и полез еще выше – там была одна лестница, – пока не оказался у люка, ведущего на крышу. Я согнулся в три погибели и стал молить Бога, чтобы тот человек не поднял голову и не увидел меня. Ведь мне пришлось бы объяснять свое присутствие рядом с трупом. Конечно, я мог сказать, что пришел сюда, когда он уже остыл, однако отмычки в кармане свидетельствовали отнюдь не в мою пользу. Я затаился. На колокольню поднялся какой-то человек, начал ходить вокруг тела и пару раз даже застонал и произнес: «О господи!» Затем раздался омерзительный стук, и я догадался, что он развязал тело. Снова шорох, тяжелые шаги и какой-то глухой стук, словно он потащил беднягу Дикона за собой по ступеням. Из своего укрытия я этого человека не видел, только лестницу и противоположную стену. На мгновение воцарилась тишина, а потом снова стук и звуки волочения. Так я понял, что неизвестный потащил труп по следующей лестнице. Я ему не завидовал в тот момент.
Я ждал до тех пор, пока все не стихло, потом начал думать, что делать дальше. Попытался открыть люк на крышу. Там была щеколда. Я отодвинул ее и выбрался наружу. Дождь лил как из ведра, в кромешной темноте, но я все равно приблизился к краю крыши и огляделся. Кстати, какова высота этой чертовой колокольни? Сто тридцать футов? Мне показалось, что тысяча тридцать. Я ведь не форточник и не верхолаз. Я посмотрел вниз и увидел огонек света, скользивший по кладбищу. Я ухватился за этот проклятый парапет, а желудок у меня сжался от ощущения, что сама колокольня рушится и я рухну вниз вместе с ней. Я даже радовался, что вокруг ничего не видно из-за темноты.
