Вскоре мы победоносно воссоединились.
– Кто-то кричал только что? – спросил Монитор с беспокойством. – Что случилось? Вы реально встретили призрак ведьмы?
– Увы, нет. – Цветочек, судя по всему, была недовольна.
– Старый Злыдень не появлялся? – Лабрадор выглядел как маленький воришка, оглядывающийся по сторонам, одновременно пряча лицо.
– Если б он появился, как бы я все еще стоял здесь? – Монитор засмеялся. – Не волнуйся, рассуждения Микроба были верны.
Если я и надеялся на какую-нибудь реакцию со стороны Фан Чэна на завершение моей истории, мне было суждено разочароваться. Честно говоря, я очень ждал его реакции, но он проявил полное безразличие. Мне это крайне не понравилось.
Фактически Фан Чэн, кажется, пропустил мимо ушей половину истории. В великолепном вестибюле отеля «Цинфу» он любовался открытым водопадом, льющимся с третьего этажа, и восхищался им вместе с другими туристами.
– Может, тебя сфотографировать? – язвительно спросил я. – Сможешь выложить фото в интернет…
– Дай мне передохнуть, чтобы меня не стошнило от других людей. – Наконец он немного ожил. – Ты закончил свою историю?
– Конечно закончил, – резко ответил я.
Фан Чэн все-таки вдруг осознал, что здесь что-то не так:
– Почему тебя назвали Микробом?
– Потому что тогда я был маленький, – ответил я. – Благо потом быстро вырос и в старшей школе стал выше их всех…
Выражение лица Фан Чэна в этот момент было таким, как будто он только что обнаружил, что в бутылке в его руке вместо апельсинового сока оказался чесночный.
– Ты хочешь сказать, что… ты и есть Микроб?!
– Да, мелкий Ся Яцзюнь, или просто Микроб. Разве это не очевидно?
– Но…
– Но?
– Разве ты не был «призраком»? Микроб же прятался в кустах роз!
– Все верно, «я», – тут мною в воздухе были изображены кавычки, – в этой истории – «призрак», но я без кавычек, Ся Яцзюнь по прозвищу Микроб, прятался среди кустов цветущих роз. Досадно, ведь у меня почти получилось захватить «базу»…
– Ты имеешь в виду, что «я» в этой истории – это не ты? Это бред: когда Лабрадор исследовал туалет в доме с привидениями, он сказал «тебе» не толкать. Он явно выкрикнул твое имя, нет?
– Да, имя мое. – Я подавил смех и махнул в его сторону рукой. – Но человек, с которым разговаривал Лабрадор, был не «я» позади него, а Микроб в конце цепочки, то есть, конечно же, я, Ся Яцзюнь. Только когда я перестал толкать, другие смогли остановиться.
– Тогда что случилось с «твоей» объяснительной? Почему она была подписана «Ся Яцзюнь»?
– Потому что это я ее написал.
– Ты только что сказал, что «я» в этой истории – не ты…
– Разве я не говорил раньше, – с самодовольным видом отметил я, – что в этой истории использован повествовательный трюк?
У Фан Чэна отвисла челюсть, он выглядел как идиот – я будто говорил на незнакомом ему языке.
– Тайное изменение личности рассказчика, – мне оставалось только прямо объявить это, – является распространенным повествовательным трюком.
– Как подло, – недовольно проворчал Фан Чэн. – Значит, какое-то время «я» не был тобой, но потом это снова стал ты?
– За всю историю личность рассказчика изменилась только один раз. Подумай, когда это произошло…
Мой друг наконец осознал.
– Во время игры в прятки и первого исследования дома с привидениями «я» и Микроб были двумя разными людьми, но к тому времени, когда они писали объяснительные на следующее утро, «я» уже стал Ся Яцзюнем. Так что личность рассказчика изменилась с наступлением следующего дня.
– Правильный ответ. – Я поднял большой палец в знак одобрения. – Видишь, если ты готов поработать головой, все довольно легко, да?
– А, ну ясно, – не оценил шутку Фан Чэн. – Знаешь, этот так называемый повествовательный трюк немногим лучше моих фотографий, на которых я никогда нормально не получаюсь.
– Вини в этом устный рассказ, – усмехнулся я. – Это просто такой формат трюка. Если б он был применен в романе, читатели уже давно меня раскусили бы. Ведь на следующий день в истории не появился Микроб. Ты не подумал, что это странно?
– Даже если это странно, с чего мне думать, что Микроб в этот момент уже превратился в «я»? Микроб просто молчал; такая возможность тоже существует, не так ли?
– Если тебе нужны подробности подвоха, то они есть, – едко сказал я. – В этом и заключается прелесть повествовательного трюка.
В отель «Цинфу» стекалось все больше и больше туристов, и мы тут же ушли оттуда, чтобы не мешаться у них под ногами. Мы прогуливались по Южной улице Шицуй, и перед нами предстала восточная сторона отеля и парк с пространной набережной. Лодки разной формы плыли по реке, выходя из залива Цинфу и исчезая вдали.
