Оставшаяся на ногах толпа взревела и ускорилась. Люди при этом вели себя странно, атаковали бездумно, но это ладно. Куда страннее выглядел Монолит и прочие архимаги, несущиеся на него в общей массе. Планируют биться в рукопашную? Что-ж, он и сам чуть было не поддался такому порыву. Видимо у столь плотного ментального контроля есть и свои изъяны. Оставалось найти источник всего этого безумия и, кажется, Кадай догадывался кого следует искать.
Он метнулся в сторону, разрывая дистанцию и выгадывая немного времени. Беспричинная жажда крови периодически накатывала и на него, но Кадай осознавал чуждость наведенных желаний и потому легко сбивал эффект заклинания.
Приметить за спинами атакующих сбрендившую девицу оказалось непросто. Н'идегга держалась в тени домов, в глубине переулка, выходящего на площадь. Грязная, растрепанная. Девчонку было просто не узнать, настолько сильно изменилась та самоуверенная красотка, какой запомнил ее Кадай. Вот только оттенки применяемой силы были ему знакомы, а спрятать нити управляющих контуров она бы смогла, только отменив заклинание. Он резко рванул напрямик, разбрасывая атакующих в стороны. Силы в измененном магией теле было достаточно. Когда продвижение вязло в толпе, он просто глушил одурманенных людей очередной ментальной «вспышкой».
Девица, поняв, что раскрыта, запаниковала. Кадая накрыло особо сильным ментальным ударом. Он даже заподозрил, что Н’идегга пытается скопировать его собственную «вспышку». Перед глазами повисла кровавая пелена, но Кадай не потерял сознания, а лишь ускорил шаг.
- Прекрати! – Проревел он. И не узнал собственный голос. – Прекрати немедленно!
По мановению руки Н’идегги наперерез кинулась одна из ее последних марионеток. Тощий и нескладный юнец, ровесник самой девчонки, а то и младше. Он что-то кричал, размахивал кочергой, но Кадай даже не стал размениваться на магию. Просто отмахнулся и парнишка спиной впечатался в стену, теряя сознание.
- Девочка, я в последний раз говорю тебе: прекрати!
Не послушалась… С истошным визгом накинулась, метя скрюченными пальцами в лицо. Кадай ударил «вспышкой». Безуспешно. Оттолкнул…
Хрупкая фигурка от мощного удара прокатилась по мостовой и затихла. Багровая пелена перед глазами Кадая вдруг исчезла, из него будто стержень выдернули.
Атаки обезумевших горожан также прекратились. Теперь кругом слышались лишь жалобы и стоны. Те, кто еще оставался на ногах, останавливались, хватались за голову.
- Н’идегга? – Кадай склонился над изломанным телом.
Молчит. Пощупал жилку на шее, поражаясь насколько гигантской кажется рука его измененного тела. Не бьется…
-О, боги! Я не хотел… - Деревенеющими губами прошептал Кадай. – Прости, малышка. Прости!
Он обернулся, выискивая тела Монолита, Ронкверка. На трезвый взгляд побоище на площади выглядело жутко.
- Все это зашло слишком далеко. Что бы я ни делал, становится только хуже.
***
Решение покинуть Долину как можно скорее было спонтанным, но определенно верным. Он ворвался в комнатушку, которую занимал последние несколько месяцев. Нужно было собрать вещи. Вроде бы… Да, вещи. Но зачем? Кадай еще раз окинул скромное жилище. Здесь нет памятных безделушек, нет ничего незаменимого. А для всего остального у него есть магия. Время дороже.
Уже направляясь к выходу он на всякий случай заглянул в сторожку. Очаг почти прогорел. Пустые кружки все так же стояли на столе. И еще свиток с исследованиями Ронкверка. Он тоже лежал здесь.
Поддавшись внезапному порыву, Кадай взял лист и прочитал свежую запись:
«…Восмой наставник – в чем его магия? … Кто создал реликвии? Возможно это был именно он, восьмой. Магия, позволяющая заточить иную магию в предмет?...
… Родина каждого из известных семи – направление соответствует сторонам света на Компасе Души. Восьмой – Север? ...»
Правая бровь Кадая сама собой в удивлении поползла вверх. Однако! В логике старику не откажешь.
«Я проверю!» добавил он размашистым почерком и свою пометку на свиток, дважды подчеркнув слово «Север». Потом, еще мгновение подумав, чуть ниже дописал: «Присмотри за мальчишкой».
Больше Кадая здесь ничто не удерживало. Он уверенной походкой вышел за дверь. Уже вовсю занималась заря, а ему предстояло проделать немалый путь, прежде чем городок магов придет в себя после случившегося. Кому-нибудь обязательно придет в голову мысль пуститься на его поиски. Не стоит облегчать безумцам работу.
Весть о том, что Кхоон Ифей наконец-то вернулся с подмогой, дошла до них на четвертый день вынужденного безделья. И снова ее принесла маленькая зеленая змейка. Жизнь болотных отшельников к тому моменту успела окончательно всех доконать. И если первые двое суток выдались просто скучными, то затем болото показало свой истинный норов. Вначале на всю ночь зарядил ливень и о скуке пришлось забыть. Уже к утру следующего дня приютившая их кочка почти скрылась под водой. Одежда и обувь пропитались зловонной жижей и не просыхали даже рядом с костром. Только шаман змеелюдов был по-прежнему бесстыдно невозмутим.
Из топей они выбрались чуть после полудня.
