Постоянно, по многу раз на дню, я думаю о маленькой Еве, растущей внутри меня. Я начинаю видеть проблески нашего совместного будущего, разные сценарии которого разыгрываются в моем воображении. Ева сидит в ванне, окруженная пузырьками. Маленький комочек пены подрагивает у нее на носу. Ей нравится теплая вода, и она заливается смехом, сучит своими маленькими ручонками и забрызгивает меня, но я не возражаю. Я тоже смеюсь. Или ее первый Сочельник, и она сидит под елкой, любуясь огоньками гирлянд. Она тянет свои крошечные пальчики к елочным игрушкам, завороженная рождественской магией. Первые шаги – неуверенные, но Ева держит меня за руку. Я, возможно, пущу слезу. И буду вне себя от счастья, когда она впервые скажет «мама».
Когда она пойдет в школу, я буду заплетать ей косички – возможно, ленточками разного цвета для каждого дня недели. Интересно, будет она блондинкой, как я, или брюнеткой, как Патрик? Она точно унаследует от нас дух приключений. Она полюбит лазать по лесенкам, и я постараюсь установить для нее в саду шведскую стенку. Я буду помогать ей с уроками, когда она попросит. Ей будут легко даваться науки и искусство. Дитрих пришлет ей свои рисунки пингвинов, а она нарисует что-нибудь для него, и я отправлю ее рисунки ему в ответ. Но большинство ее рисунков я сохраню и прикреплю магнитами к холодильнику.
Я кладу руку на живот и обещаю Еве, что сделаю для нее все, что в моих силах. Я желаю ей расти здоровой, сильной, умной, мудрой, интересной и, прежде всего, доброй. Я трепещу перед возложенной на меня ответственностью.
В то же время, когда я пишу в блоге об острове Медальон, меня охватывает почти невыносимое чувство утраты. Совсем скоро я уеду: сначала на Фолкленды, а вскоре после этого в Британию, уже навсегда.
Я снова начала переживать из-за того, как расскажу обо всем Патрику. Я знаю, что он занимался поисками своего отца, но понятия не имею, как он отнесется к перспективе стать им самому. Вероника не предупредила его о моем приезде и, похоже, считает хорошей идеей, если я возникну перед ним как по волшебству. Я же не уверена, что он оценит настолько мелодраматичный жест. Пытаюсь представить его лицо, когда он увидит меня… Увижу ли я на нем радость? Нет, скорее всего, это будет шок. А затем еще один, более монументальный, когда я признаюсь ему, зачем приехала.
Мы с Майком шагаем по отполированной гальке пляжа. Когда я вижу, как Дитрих сходит с корабля с рюкзаком за плечами и радостно машет нам рукой, я испытываю наплыв самых разных чувств, но на первом месте среди них – острое чувство вины. Он сообщил нам в письме, что его жена выздоровела, и он снова смотрит с оптимизмом на будущее нашего исследовательского центра. Как он огорчится, когда узнает, что я уезжаю.
Как только он заглядывает мне в глаза, он понимает, что что-то не так. Он заключает меня в медвежье объятие, которое длится дольше обычного. Я ни капли не возражаю.
– Не переживай, Терри. Мы позаботимся о пингвинах.
– Я знаю.
Больше я ничего не могу сказать, потому что Майк тоже здесь. Они с Дитрихом обнимаются, но коротко и не так крепко.
Я уплыву на том же корабле, который доставил на остров Медальон Дитриха. Очень удачно, что он смог вернуться уже сейчас, но все равно, мне бы хотелось, чтобы у нас было больше времени на то, чтобы проститься. Конечно, первым мою новость должен узнать Патрик, но мне так хочется отвести Дитриха в сторонку и открыться ему. Но у меня есть всего несколько часов, чтобы сообщить ему новости о пингвинах и оставить им с Майком инструкции на неделю моего отсутствия.
Последние несколько дней Майк был со мной колючим и постоянно огрызался, но сегодня утром он в замечательном настроении. Наверное, рад, что я уезжаю. Я сказала ему, что цель моей поездки на Фолкленды – встретиться с Вероникой и уговорить ее не прекращать наше финансирование. Наверняка он к тому же считает, что сейчас я хочу держаться от него подальше из-за того, что узнала, что он влюблен в меня. Он и не подозревает, какая это мелочь в сравнении с остальными моими проблемами.
В полевом центре я объясняю, как распределить рабочие обязанности – это несложно, потому что Дитрих займет тот же участок, который находился в его ведении раньше, а мой участок они поровну поделят между собой. Блог уходит на каникулы, если только кто-то из них не загорится желанием что-нибудь написать или опубликовать фотографию. Но это маловероятно.
Они проводят меня обратно к шлюпке, которая доставит меня через мелководье к самому кораблю.
– Пока, Терри. Передавай привет Веронике.
– Обязательно. Пока, ребята. Ведите себя хорошо!
– Ты тоже! – отвечает Дитрих.
