– В следующий раз прошепчи ему на ухо, что Старик не хочет показываться, потому что у него свинка.
– Свинка? – переспросил его помощник, озадаченный. – Но это же детская болезнь!
– Знаю. Но говорят, что у взрослых она вызывает бесплодие. Скажи капитану Скотту, что поэтому Старик не хочет никого видеть, и я гарантирую, что он тут же потеряет всякое желание с ним встречаться. – Он дружески похлопал его по плечу. – А теперь я иду спать, потому что ром, табак и рыжеволосая вымотали меня до предела.
Себастьян отдыхал весь день, как и остальная флотилия, стоявшая на якоре в бухте. Под вечер он собрал всю команду у кормового юта.
– Как вам известно, – начал он, – моей сестры больше нет на борту, а значит, вся угроза дурной удачи миновала. Теперь я хочу, чтобы вы продолжали говорить всем, кто спросит, что капитан по-прежнему заперт в своей каюте. Я не могу объяснить вам причины, но обещаю: если вы мне подыграете, вскоре я смогу предоставить вам самый ценный трофей, о котором вы только могли мечтать.
– Что за трофей? – немедленно спросил второй рулевой, мавр Мубаррак, чья страсть к женщинам постоянно оставляла его в безденежье.
– Трофей – он и есть трофей, – резко ответил Себастьян. – И на свою долю ты сможешь завести гарем, пока тебе всё ещё будет на что рассчитывать.
– Да услышит тебя Аллах!
– Делай, что я говорю, и он услышит.
Когда большая часть команды уже отплывала на шлюпках к берегу, он повернулся к Лукас Кастаньо.
– Теперь твоя очередь, – сказал он. – Но будь осторожен. Она не дура.
– Можно с ней переспать?
Маргаритянин бросил на него взгляд, который можно было истолковать как упрёк или предостережение.
– Слушай, – воскликнул он, – с таким количеством женщин вокруг…
– Просто ты так хорошо о ней говорил. – Второй помощник хохотнул с лукавой интонацией. – Да и вообще, если не я, так кто-то другой с ней переспит.
– Делай что хочешь, но мне не рассказывай, – ответил Себастьян. – А теперь иди и постарайся, чтобы всё выглядело случайно.
Наступила ночь. В спокойной бухте отражались огни города. Как только лодка Лукаса Кастаньо скрылась из виду, зазвучала мягкая музыка, как всегда доносящаяся с верхней палубы корабля Лорана де Граафа.
Себастьян ужинал в одиночестве, скучая по отцу и сестре, осознавая, что этот день, несомненно, ознаменовал начало новой жизни. Теперь он знал, что кем бы он ни был и что бы ни делал, всегда будут два человека, ждущих его возвращения. Этот простой факт придавал его существованию новый смысл. Он больше не был бедным парнем, обречённым ухаживать за больным стариком, а стал настоящим капитаном пиратов, у которого есть замечательная семья.
Возможно, однажды, где-нибудь, он встретит очаровательную женщину, с которой разделит менее тревожную судьбу. Возможно, его сестра Селеста однажды найдёт честного человека, который сможет дать ей заслуженное счастье.
Его отец, тот несчастный, который долгие годы проводил в безумии, точа мачете, будет наслаждаться спокойной старостью в окружении внуков. А с каплей удачи старые раны заживут, и воспоминания об Эмилиане Матаморос окончательно растворятся.
На этот раз Себастьян не уделил матери ни секунды воспоминаний. Он предпочёл задуматься о том, какая судьба постигла дона Эрнандо Педрариаса, и невольно улыбнулся, представляя, что тот, возможно, отбывает наказание за свои преступления в какой-нибудь сырой темнице.
Каким было его лицо, когда он обнаружил пропажу бочки жемчуга?
И как он отреагировал, узнав, что его любимая карета превратилась в груду пепла?
И что он почувствовал, осознав, что больше никогда не увидит юную девушку, которую собирался развратить?
Месть, сладкая месть – это угощение, которое лучше всего вкушать, сидя на юте корабля, стоящего на якоре в спокойной бухте, с бокалом рома в руке, наблюдая за луной, поднимающейся над горизонтом.
– Капитан, можно мне сойти на берег?
Он взглянул на услужливого кокоса, который задал вопрос, и кивнул.
– Конечно! Но не забудь приказ.
– Хорошо помню, капитан, – ответил крошечный филиппинец. – Старый капитан стал чудаком и не хочет видеть никого.
– Вот именно! Развлекайся!
– Не сомневайтесь!
Себастьян с удивлением наблюдал, как тот просто прыгнул за борт, чисто вошёл в воду и ловко поплыл к огням города, где его ждали все удовольствия, которые только могут быть доступны здравомыслящему человеку. На мгновение Себастьян ощутил острое желание поступить так же. Но он сдержался, понимая, что, если бы сделал это, то только для того, чтобы отправиться в таверну «Тысяча Якобинцев», взять за руку рыжеволосую Астрид и утащить её на пляж, чтобы любить её на песке до рассвета.
Он ограничился тем, что посвятил несколько минут воспоминаниям о приятных событиях минувшей ночи, а затем сосредоточился на детальном пересмотре своего плана, придя в итоге к выводу, что им потребуется вся удача на свете, чтобы довести его до успешного завершения.
Три часа спустя Лукас Кастаньо, пахнущий ромом и дешёвыми духами, уселся рядом с ним, расплывшись в широкой улыбке.
– Я её видел, – сказал он. – И мы поговорили. Ты был прав: хочется её съесть.
