- Как-то раз я обедал в одной маленькой Макдачке около метро. Все места были заняты, к моему столику подошел мужчина и попросился ко мне, я, конечно же, был не против. Я спросил, что он больше всего любит в Макдаке, рассказал ему о своих пристрастиях, у нас завязался легкий, непринужденный разговор, человек оказался отзывчивый и общительный. Оказывается, он получал визу в визовом центре неподалеку и теперь зашел поесть. Вот так мы разговаривали, я закончил есть первый, пошел отнести свой поднос и, обходя столик, заметил, как из кармана куртки моего собеседника, которая висит на спинке стула, торчит краешек кошелька. И дальше наступило какое-то помутнение, пелена застлала мои глаза. Я сбросил с подноса мусор в контейнер, положил чистый поднос наверх, на другие подносы, и, возвращаясь по тому же пути, не смог не взять из кармана кошелек - именно потому, что у нас вышел такой милый разговор. Ведь все великие грабители всегда ласковы и милы со своей жертвой, они обольстительны, и я был в тот час обольстителен, и я же был велик. Просиди мы всю еду молча, я бы и не подумал взять что-либо у него. Каково же было мое удивление, когда выйдя из Макдака и проверяя карманы, я не обнаружил своего кошелька, который лежал во внутреннем кармане куртки, которая висела точно так же на спинке стула. Войдя обратно, я подошел к нашему столу, мой случайный собеседник посмотрел на меня с иронической улыбкой, словно признав во мне своего, и протянул мне мой кошелек. Я отдал ему его, и мы расстались.
Потом начался разговор о насущном, а мне захотелось в туалет.
Как-то раз у нас в школе проводили показательный урок физики. Все, даже двоечники, получили задания, чтобы выучить и рассказать на уроке. И вот под пристальным взглядом учителей из других школ идеальные ученики начали выходить и декламировать законы и теоремы. Но одного из учеников ждала неожиданность - вопрос не по сценарию. "Какая ошибка была в книге человек-невидимка?" - спросил учитель. После некоторых уточнений, выяснилось, что речь идет об излишней прозрачности человека-невидимки. Чтобы видеть, человеческий глаз должен поглощать свет, а не пропускать его насквозь. Выходит, что человек-нивидимка должен быть слепым. Но, возможно, он был слепым только в видимом диапазоне света, а в ультрафиолете или инфракрасном диапазоне видел и мог передвигаться без особенных трудностей, только цвета не различал.
Но в человеке-невидимке меня гораздо больше интересует другой вопрос. Когда он ел, еда сначала была видимой, а потом переваривалась и становилась невидимой. А как обстояло дело с фекалиями? Ведь когда он сходит в туалет, ничего же не видно. И что происходит дальше? Становится это всё со временем видимым или нет? Если выражаться физическим языком, я бы назвал это проблемой невидимых какашек второго рода. Что касается проблемы невидимых какашек первого рода, то она известна с незапамятных времен, но до сих пор не решена. Это когда люди, сходив в туалет, вдруг начинают считать свои какашки невидимыми, хотя они таковыми не являются.
Сидят там теперь, жуют. И ты жуй. Накинулся. Непонятно, кто кого ест. Пирожки едят котят. Оттого и с мясом. В Макдональдсе вкусно. Люблю картошку и молочные коктейли. Но все как будто не смотрят на тебя, а на самом деле смотрят. И хихикают. И хахакают. Поэтому я хожу, когда никого нет.
А если взять и отравить еду во всех Макдональдсах во всем мире. Представляешь, как это будет! Целый зал, огромный. И все люди за столами мертвые. Повалились кто как. Кто-то на пол. И таких залов миллион. А работники стоят и смотрят. Не двигаются. А все умерли. Все. В такой Макдональдс я бы пошел.
только в одиночестве можно до тонкости, до глубины, до каждого нервного окончания прочувствовать, провкуствовать гамбургер, и нет лучшего места для этого действа, чем переполненный Макдональдс, если вы пришли в него одни, кажется, что все вокруг массовка, фокус на вас, а вы приоткрыли рот, и медленно, кинематографично, изогнутой рукой перемещаете бургер в пространстве, прикрываете глаза
и вот оно
нахлынуло
аж челюсти сводит, как от поцелуя
поцелуй с гамбургером
фу
Люблю переулки. В переулках никого нет. Можно спрятаться и смотреть. Ну что, все подобрал? Иди сюда, полосатик. Никто тебя не пожалеет, кроме меня. Никто не пожалеет. Никто не пожалеет. Никто не пожжжалеет. Мяухрррясчш. Вот так. Так лучше. Я знаю. Так для всех лучше. Ааааа! Это ты! Опять ты. Спряталась в котенка. Я же убил тебя. Нееет. Не укусишь. Не догонишь. Не вселишься в меня. Где ты? Где?
Я крутился по сторонам. Но никого не было. Зачем я побежал из переулка? Все смотрят теперь. Что тебе, что смотришь? Пальто напялил, можно пялиться теперь? Надо идти, куда-нибудь. Какая у нее пасть. Какие зубы. В слюнях. Кровь на руке. Поцарапала мне руку, гадина. Косматая гадина.
Нет. Она же ненастоящая. Она не могла поцарапать. Это я сам поцарапал, когда бежал. Следит за мной. А может быть, она ожила? Призраки ведь оживают. Нужно быстрее, быстрее.
