И знаете что? Это действительно сработало. Впервые в жизни, с большим количеством боли и времени, чем я надеялась или даже думала, что смогу пережить, я наконец отпустила его. Я удалила его из всех социальных сетей, стерла его номер из телефона, упаковала все наши фотографии и воспоминания и начала все с чистого листа. Я была чиста. Я двигалась дальше. Была счастлива. Была свободна.
Затем, после почти двух лет отсутствия звонков, Джейми просто появился.
Глава двадцать вторая
Слабость Уиллсона
В квартире звучала Тейлор Свифт, пока я расхаживала с завязанными в пучок волосами и уже выпитой наполовину бутылкой вина. Напевая слова песни во все горло, я проскользнула на кухню в носках и с липкой лентой в руках. Коробка, в которую я только что упаковала посуду, была уже готова. Я закрыла створки и заклеила их скотчем, зажав колпачок карандаша между зубами, пока выводила на картоне надпись «Кухня». Улыбнувшись, я выкрикнула высокую ноту, используя маркер в качестве микрофона, после чего положила коробку обратно на тумбочку и принялась за следующую пустую коробку.
В нашей жизни бывают редкие, сияющие яркими красками периоды, когда все кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой. Все частички встают на свои места легко и красиво, и мы можем наслаждаться конечным шедевром, не испытывая ни малейшего беспокойства. В такие моменты понимаем, что нам повезло, что мы живы, что мы такие, какие есть, что мы дышим этим воздухом. Именно такие дни напоминают нам, зачем мы переживали мрачные времена, почему, в конце концов, все это стоило того.
Вот такой у меня был день.
На улице лил дождь, осень встретила город холодным, серым днем, а я излучала солнечный свет. Я была пьяна, сильно потела и пребывала в возбужденном состоянии. Сразу после одного из худших годов в моей жизни наступил лучший. Дженна переехала в Питтсбург, меня повысили на работе. И, возможно, произошло самое шокирующее событие из всех? Я нашла подходящего мужчину.
Нет, я нашла «правильного мужчину».
Брэдли Нил отвечал всем моим требованиям. Он был умен, остроумен и чертовски сексуален. Он добился успеха сам, преследуя свою мечту стать самому себе начальником и воплотив ее в жизнь благодаря своей предприимчивости. Брэд был основателем и владельцем перспективной компании по графическому дизайну, которую он воплотил в реальность благодаря упорному труду и творческому подходу, подобного которому я еще не встречала. Мы познакомились, когда издательство «Рай Паблишинг» наняло его компанию для полной переработки нашего логотипа и веб-сайта. Он привлек мое внимание в первую же встречу. Притягивал меня в течение нескольких недель совместной работы, а после первого же свидания, на которое я согласилась, я заглотила крючок, леску и пропала.
С этого момента все было, как в самой доброй сказке.
Брэд был филантропом, и мне нравилось помогать ему. Мы вместе занимались волонтерской деятельностью и за это время узнавали друг о друге все больше и больше. Он признался мне в любви через три месяца совместной жизни. Я ответила ему тем же через четыре. Через семь месяцев я познакомилась с его семьей, а он – с мамой и Уэйном. А еще через восемь месяцев он предложил мне выйти за него замуж, и я без колебаний согласилась. Я не думала о том, что наши отношения были короче, чем мои отношения с расческой для волос, или о том, что это, наверное, абсурд, что мы решили устроить пятимесячную помолвку, или о том, что я была практически сумасшедшей, согласившись переехать к нему еще до того, как мы сказали «да». И как бы вы ни ненавидели меня за это, я не думала о Джейми – ни единого раза с тех пор, как Брэд услышал слова «Я люблю тебя».
Не поймите меня неправильно. Джейми был
Потребовались месяцы агонии, ломки, гнева, боли, депрессии и потери большей части себя, чем я хотела бы признать, чтобы, наконец, оказаться по ту сторону своей жизни с Джейми Шоу. Каждая минута причиняла боль, пока однажды она не превратилась в тупое нытье, а затем, с течением времени, ослабла до давления – давления в моей груди. Я завершила свою двенадцатишаговую программу. Я была чиста. И хотела оставаться чистой.
Так что, нет. Как бы вы меня за это ни ненавидели, я не думала о Джейми. Ни капельки.
На самом деле, я была настолько уверена в своей способности не думать о Джейми, что решила выпить впервые за год. Частью моей двенадцатишаговой программы был и отказ от употребления алкоголя. Каждый раз, когда я пила, то думала о Джейми. Мне хотелось позвонить ему или погрузиться в воспоминания о нем. Поэтому я полностью отказалась от алкоголя – и в прямом, и в переносном смысле.