На берегу реки, где располагался лагерь Северных Мечей, выпивка лилась рекой. Пхёнган и Ондаль, Чхве Уён, Ким Ёнчоль, Ли Чжинму, староста Са и жители деревни – все прибыли, чтобы поздравить новоиспеченных сонинов.
Но праздник был не единственным поводом: все собрались еще и для того, чтобы почтить память погибшего Хон Чжока. Его тело лежало на возвышении – там, где все могли его видеть. У Северных Мечей имелся свой обычай провожать убитых. При вступлении в отряд воины давали клятву быть братьями до конца и умереть в один день и час, поэтому, чтя память погибшего брата, они проводили клинком по безымянному пальцу и капали кровью на тело павшего товарища. По просьбе Чхве Уёна Ондаль тоже принял участие в ритуале. Он будто бы дал безмолвную клятву и теперь тоже стал названым братом для каждого воина из отряда Северных Мечей.
Из раненого запястья Ондаля при малейшем движении сочилась кровь. В таком состоянии ему будет невероятно сложно принять участие в финальном состязании на мечах. Пытаясь унять душевное смятение, юноша поднял чарку:
– Рана моя глубока.
Он отвел руку Пхёнган, пытавшейся его остановить, и одним глотком осушил чарку:
– Но Хон Чжок погиб, защищая меня. И я пью в его честь.
– Посмотрите туда. Глаза этих юношей полны радости и воодушевления. Взбодритесь! Муж мой, вы – их надежда! – увещевала его принцесса.
Внезапно снаружи послышалась возня, а затем раздался звон мечей о ножны. Кто-то возмущенно крикнул:
– Как вы смеете преграждать путь королевским инспекторам?
– А нам-то какое дело до ваших званий? Ишь бахвалятся!
– Мы должны задержать преступника!
– Чего? Арестовать господина Ондаля? Убить их!
Возмущенные воины стали собираться на крики со всех сторон, на ходу выхватывая мечи.
Пхёнган послала Ким Ёнчоля привести инспекторов к ней. Скоро в шатер вошли с десяток воинов во главе с командиром: он заявлял, что их отправили арестовать Ондаля.
– Если вы действительно королевские инспектора, прошу, покажите ваши таблички, – спокойно сказала принцесса.
Королевская инспекция подчинялась только непосредственно правителю, ее влияние было неоспоримым. Обычно люди дрожали от страха при одном появлении инспекторов, но здесь никто и глазом не моргнул. Напротив, атмосфера стояла угрожающая. Командир отряда закипел от гнева и возмущения.
– А ты еще кто такая? – грубо спросил он у принцессы.
– Да как ты смеешь? Рассудок потерял? Смерти желаешь? – Чхве Уён приставил кончик острого копья к шее инспектора.
Пораженные такой наглостью королевские воины дотронулись было до рукояток мечей, но на них уже оказалось нацелено с десяток сверкающих клинков. Любое движение обещало закончиться кровавой расправой.
– А ну быстро доставайте свои таблички! – зарычал Чхве Уён.
Напуганный инспектор послушно вынул из-за пазухи деревянную табличку. Чхве Уён подцепил ее кончиком копья. Принцесса бросила на табличку безразличный взгляд и холодно поинтересовалась:
– Кто сейчас главный инспектор?
– Господин Хэ Буру.
– Что вам нужно от господина Ондаля?
– Прошлой ночью произошло убийство. Перед смертью жертва назвала его имя. Зачем умирающему лгать? Погиб племянник военачальника из клана Соно, он собирался участвовать в финальном состязании.
Пхёнган впервые слышала об этом. Здесь явно крылся очередной заговор: если Ондаля обвинят в убийстве, он не сможет принять участие в финале. Заметив сомнение на лице принцессы, инспектор осмелел и сделал шаг вперед.
– Где произошло убийство? – спросила Пхёнган.
– В ночлежке у южных ворот.
– Сколько свидетелей присутствовало?
– С какой это стати я должен отвечать на вопросы какой-то девчонки? – снова возмутился инспектор.
Чхве Уён дождался молчаливого кивка принцессы и надменно произнес:
– На колени! Перед вами Ее Высочество принцесса Пхёнган!
– Ч… что? Ваше Высочество, помилуйте! Я совершил непростительный грех! – залепетал инспектор. Только теперь он вспомнил слухи о свадьбе дурака Ондаля и принцессы. – Ваше Высочество, все свидетели происшествия в один голос твердят, что убийца – господин Ондаль! Мы должны проводить его в тюрьму, чтобы выяснить правду!
Ондаль все время находился рядом с принцессой, он точно не мог быть преступником. Стоило посмотреть в лицо этим так называемым свидетелям.
– Идите и передайте Хэ Буру: завтра ранним утром мы с господином Ондалем нанесем вам визит, – приказала принцесса.
– Но нам следует выполнить приказ! Мы не можем вернуться с пустыми руками!
– Как вы смеете перечить Ее Высочеству? Немедленно убирайтесь, если не хотите лишиться головы! – Ким Ёнчоль выхватил огромный меч и яростно завращал глазами.
Инспектор съежился от испуга.
«Интересно, как Хон Ильми не боится и умудряется вертеть им как хочет? Вот уж действительно, каждому сапогу найдется пара», – ненароком подумала принцесса.
– Прошу прощения, Ваше Высочество. Мы уходим, – промямлил инспектор, пятясь к выходу.
Пхёнган нахмурилась: такого поворота событий она не ожидала.
