Ондаль выглядел спокойно и решительно, и принцесса решила довериться мужу:
– Хорошо, тогда постарайтесь достигнуть славы лучшего воина Когурё, муж мой.
Битва велась на двух клинках. Многие воины в Когурё традиционно использовали в бою два меча, и никто не счел выбор оружия Ли Га странным или необычным.
Как только прозвучал сигнал к бою, Ли Га стремительно полетел вперед и атаковал Ондаля двумя мечами одновременно. Из-за раненой руки Ондаль успевал лишь уклоняться от непрерывных атак противника. Каждый раз, когда он пытался остановить исходящий ядовитой злобой меч Ли Га, запястье пронзала острая боль: это рвалась кожа на едва затянувшейся ране. Нестерпимый жар и режущая боль становились все сильнее с каждой минутой, из стиснутых губ юноши вырвался стон.
Клинок Ли Га срезал прядь волос с головы Ондаля, зрители пришли в неистовство. Чхве Уён отчаянно закричал:
– Защищайся! Он хочет тебя убить!
Меч Ли Га скользнул по груди Ондаля. Рубашка юноши тут же намокла от крови. Противник был быстр и хладнокровен. С трудом уклоняясь от его ударов, Ондаль кинул взгляд в сторону Пхёнган. Ее длинные волосы разметались на ветру, а лицо выражало тревогу и печаль.
Ондаль сменил защитную стойку и начал двигаться иначе. Ким Ёнчоль уже видел такую решимость, когда в прошлый раз юноша сражался с мучжолями из Пэкче. Тогда его мечи летали словно танцующие журавли.
Ли Га с криком набросился на Ондаля. Юноша мягко уклонился и рубанул мечом по диагонали. Противник легко отразил его удар.
Правая рука Ондаля снова взмыла вверх. Ли Га прикрыл голову, ожидая атаки сверху. Он был уверен, что точно просчитал намерения врага, но тут раздался звон ломающегося клинка. Удар не казался таким уж сильным, но меч Ли Га разлетелся на куски. Клинок Ондаля под углом нацелился на грудь противника. Ли Га поспешно прикрылся оставшимся мечом. Однако, к его удивлению, второй клинок тоже развалился на две части. Зрители, следившие за поединком затаив дыхание, зашлись восторженными криками.
Ли Га не верил своим глазам. Клинки в руках противника казались такими небольшими, что ими невозможно было разрубить чей-то меч. Это Ондаль обладал каким-то невероятным искусством.
Он слегка повернул запястье, и меч плавно последовал за его движением. Ли Га с вытаращенными глазами успел только заметить, как клинок стремительно приближается к его шее. Ровная линия пересекла горло воина, и из него хлынула ярко-алая кровь. Ондаль смотрел, как тело поверженного врага тяжело оседает на помост. Краем глаза он заметил восторженные лица Северных Мечей и Пхёнган и застывшего Го Гона. Однако юноша не слышал ни звука, словно впал в оцепенение. Он убил. Убил человека своими руками.
Проследив взглядом за Го Гоном, уходящим с площадки, Ондаль резко упал на колени. Все тело ослабело, и юноше казалось, что больше он не сможет ступить ни шагу.
С рассветом из дворца Анхак прибыл наследный принц, чтобы пригласить Пхёнган и Ондаля:
– Сестра, Его Величество не находит себе места в ожидании вашего визита. Он также хочет лично поприветствовать господина Ондаля и поздравить его с победой на играх.
Глаза Пхёнган увлажнились. Сколько же долгих лет прошло с тех пор, как она покинула дворец!
– Приветствую вас, Ваше Высочество! Благодарю за вашу помощь в прошлый раз, – вежливо обратился к принцу Ондаль.
Он изо всех сил старался придать своему лицу радостное выражение, чтобы не доставлять беспокойства Пхёнган.
Принц подошел к Ондалю и протянул ему руку:
– Я был рад помочь вам. Иметь такого зятя – словно получить в подарок целую армию. Итак, прошу, пойдемте со мной во дворец.
Улица перед домом была заполнена множеством людей, жаждущих поглазеть на Ондаля.
– Говорят, Ее Высочество сама обучала мужа.
– Неважно, где родился, важно, где пригодился.
– Слава принцессе Пхёнган!
– Слава генералу Ондалю!
– Ух, разойдитесь все! Уступите дорогу!
– Идет генерал Ондаль!
Принц, принцесса и Ондаль ехали в карете в сопровождении королевской гвардии. Толпа с восторженными криками следовала за ними.
Принц Вон был крайне удивлен толпой и нескончаемыми радостными возгласами. Он впервые видел, чтобы народ так пламенно приветствовал кого-то, и даже ощутил некое подобие зависти, видя горячую поддержку людей, направленную на сестру и ее мужа.
Король Пхёнвон приказал открыть ворота во дворец и позволить карете принцессы доехать прямо до его павильона. В ожидании дочери он уже второй час взволнованно ходил из угла в угол, не обращая внимания на удивленные взгляды королевы и Ёнби. Его дочь возвращалась во дворец впервые за пять лет: как же тут усидишь на месте?
Не успела карета остановиться у подножия каменной лестницы, как король самым неподобающим образом торопливо побежал вниз по ступенькам.
– Ваше Величество, вам следует встречать их, сидя на троне! – попытался остановить его главный евнух, но все напрасно.
Король счел, что для встречи с любимой дочерью ему не требуются никакие церемонии, и пропустил слова евнуха мимо ушей.
